Доклад Т.М.Хабаровой

Секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС,
кандидат философских наук
Т.Хабарова

Доклад
на Расширенном пленуме Оргкомитета
Большевистской платформы в КПСС

Москва, 24 июля 1993г.

Товарищи,

у нас сегодня в повестке дня – обзор работы, проделанной за период после Второй межрегиональной конференции сторонников Большевистской платформы в октябре 1992г., оценка текущей политической ситуации в стране и в коммунистическом движении, стратегия и тактика действий Большевистской платформы в складывающихся условиях. Доклады по первому и второму пунктам повестки дня сведены в один.

 

ЕСЛИ ВЫ ПОМНИТЕ, основной доклад на Второй межрегиональной конференции назывался – «КПСС: большевизировать, но теперь придется ещё и воссоздать». Вот задача воссоздания КПСС и являлась для нас за истекший период главной.

После нашей октябрьской конференции прошли: конференция Московского городского партактива 4 октября 1992г., XX Всесоюзная партконференция 10 октября 1992г., XXIX съезд КПСС 26-27 марта 1993г. Во всех этих мероприятиях Большевистская платформа приняла самое активное участие. И не просто в самих мероприятиях, но – что важно подчеркнуть – прежде всего в их подготовке. Особенно интенсивная и успешная работа была нами проведена в период подготовки XX Всесоюзной конференции КПСС.

Большевистская платформа была приглашена на Пленум ЦК КПСС 13 июня 1992г., без колебаний приняла предложение делегировать своего представителя в состав Оргкомитета ЦК КПСС по подготовке и проведению XX конференции и XXIX съезда, и работали мы там, прямо надо сказать, с полной отдачей, – упрекнуть себя не в чем. Выложили, задействовали все наши возможности и резервы, какими располагали. Пусть, может быть, в целом и скромные, но в те дни лишнего ничего по стране, в этом плане, не было, – ни один коммунист, которого можно было бы активизировать, лишним не оказался.

Результат всей этой деятельности, – в которой, я повторяю, мы активнейшим образом участвовали, – пока тот, что КПСС восстановлена в виде Союза коммунистических партий (СКП–КПСС). Избраны руководящие органы СКП–КПСС: Совет партий и Политисполком, из которого выделен Секретариат. Большевистская платформа представлена на уровне Политисполкома, а также в состав Контрольно-ревизионной комиссии избран Н.И.Коробков из Набережных Челнов, которого можно считать нашим сторонником.

Как только стало ясно, что восстановление партии в том или ином виде неизбежно, в процесс, – как и следовало ожидать, – включились мощные силы внутреннего противодействия. В данном случае роль такой противодействующей силы взяло на себя руководство КП РСФСР. Цель противодействия: помешать КПСС возродиться в том облике, в каком, единственно, она могла бы представлять серьезную угрозу для правящего режима, – т.е. в облике единой (унитарной) всесоюзной партии, которая и по своему идейному оснащению, и по своей организационной структуре служила бы ядром, генератором, движущей пружиной восстановления СССР. Технология противодействия известная – «возглавить и увести в сторону», т.е., ни в коем случае не распугивая, так сказать, коммунистов, подделываясь под их чаяния и стремления, в то же время протаскивать такие идейно-организационные решения, которые как раз более всего и препятствуют осуществлению этих общих чаяний.

Итак, минувшей зимой, когда стала выходить на финишную прямую подготовка XXIX конференции Московской городской организации КПСС и XXIX съезда КПСС, как по команде, возникли параллельные оргкомитеты по проведению II съезда КП РСФСР, под руководством В.А.Купцова, и по превращению, скажем так, Московской городской конференции КПСС в городскую конференцию КП РСФСР, под руководством В.П.Шанцева. В это же время в составе Оргкомитета КПСС появился нынешний председатель Совета партий СКП–КПСС О.С.Шенин. Группа членов Оргкомитета ЦК КПСС (О.С.Шенин, К.А.Николаев, А.А.Пригарин, Ю.П.Изюмов), фактически за спиной Оргкомитета как такового, заключила с «оргкомитетом Купцова» совершенно неправомерное, неуставное соглашение о конституировании всех первичек КПСС на территории России как первичек КП РСФСР. Тем самым Московская городская конференция КПСС, назначенная на 30 января 1993г., оказалась пущена под откос, элементарным образом сорвана. Вместо неё 6 февраля прошёл первый этап городской конференции КП РСФСР. Вроде бы – «в составе КПСС». А 13-14 февраля в Клязьме под Москвой состоялся II съезд КП РСФСР, на котором КП РСФСР конституировалась как полностью самостоятельная Компартия Российской Федерации, без всяких упоминаний о каком-либо её пребывании «в составе КПСС». Так и получилось, что в Москве вместо городской организации КПСС образовалась организация КП РФ. Т.е., вместо Компартии Советского Союза – партия, по существу, ельцинской «суверенной России», признающая «исчезновение» Союза ССР совершившимся фактом и ставящая задачу его воссоздания лишь в очень отдалённой, проблематичной перспективе.

Во всех событиях по Москве Большевистская платформа также активно участвовала. Мы предпринимали отчаянные, можно сказать, усилия, чтобы предотвратить срыв формирования в Москве обновленной организации КПСС, и по линии Оргкомитета ЦК КПСС, и по линии Московского информбюро. Выпустили и распространили в большом количестве листовку-обращение к коммунистам Москвы, листовку-обращение к Оргкомитету ЦК КПСС с требованием дезавуировать предательское «соглашение», которое чохом перекрестило первички КПСС в первички посторонней, как оказалось, партии. (Эти материалы опубликованы в 16-м и 17-м номерах нашего «Информационного бюллетеня».) Но профессионализм неогорбачёвских демагогов оказался сильнее. Пока что городской организации КПСС в Москве нет.

Что мы имеем на союзном уровне?

На союзном уровне мы имеем структуру СКП–КПСС. Образование этой структуры отразило борьбу всё тех же двух тенденций. Одна тенденция – это восстановить «нормальную», так сказать, единую всесоюзную Коммунистическую партию. Другая тенденция – помешать этому, подсунув вместо единой Компартии страны что-то очень на неё похожее и вроде бы отвечающее сложившимся условиям, но по большому счёту уводящее в сторону от решения задачи.

Соответственно этому, часть членов Политисполкома СКП–КПСС (к сожалению, большинство) считает, что на XXIX съезде прежняя унитарная партия преобразовалась в союз республиканских компартий, т.е. в международную организацию. Эта международная организация не имеет индивидуального членства и низовых организационных звеньев, постольку и не ведёт самостоятельной, непосредственной массово-политической работы. При последовательном проведении этой точки зрения получается, что сегодня быть членом КПСС индивидуально взятому коммунисту уже нельзя, а можно быть только членом какой-либо из республиканских компартий, входящих в СКП–КПСС. Вместо возрождения КПСС у этих товарищей произошло едва ли не новое, очередное её уничтожение.

Часть членов Политисполкома (меньшинство, куда входит и Большевистская платформа) отстаивают другой подход: что СКП – это только своего рода внешняя оболочка, вынужденная текущими обстоятельствами, а под ней своим чередом должно идти воссоздание «нормальной» демократически-централистской Коммунистической партии Советского Союза. Поэтому нужно использовать любые возможности для скорейшего превращения, условно говоря, СКП в КПСС: решить вопрос о прямом вхождении в СКП–КПСС местных партийных организаций помимо республиканского партийного руководства, – что фактически равнозначно созданию структур СКП–КПСС на местах; прямо создавать такие структуры на базе существующих объединений коммунистов; прекратить загонять «чистых» членов КПСС в республиканские компартии, – в частности, в неогорбачёвскую КП РФ, предоставив им возможность полноценной политической идентификации в качестве таковых в рамках СКП–КПСС. (Т.е. организации «чистой» КПСС должны существовать в СКП–КПСС уж хотя бы наравне со всеми.)

По всем этим направлениям Большевистская платформа, как организация, представленная на сей день в высшем выборном руководящем органе СКП–КПСС, ведёт самую напряженную работу, – а подчас, прямо надо сказать, не просто работу, но и борьбу. И подвижки, как мне представляется, есть. Объективная необходимость, как встарь говорили, хотящего ведёт, не хотящего тащит. Она тащит, хотя и медленнее, чем хотелось бы, по относительно верному пути даже самых твердолобых «международников» из СКП–КПСС. В принципе практически уже принято решение о допустимости вхождения напрямую низовых парторганизаций в СКП–КПСС. На одном из последних заседаний Политисполкома состоялся, скажем так, значительно менее обострённый, чем обычно, разговор о необходимости вести нормальную партийную работу с действующими «чистыми» организациями КПСС. Мы, кстати, на свой страх и риск пытаемся проводить работу такого рода в Москве. Так что, в целом, тут не надо впадать в уныние и говорить, – мол, восстановили не то, что следует. Пока, на обозримое будущее, не видно другого реального пути, кроме продолжения нашей деятельности в составе и в общем русле СКП–КПСС. А думать, будто нам вот так сразу, без всяких подводных камней и подвохов позволили бы воссоздавать партию в том виде, в каком она должна быть, – это тоже весьма наивно.

 

КОГДА МЫ ГОВОРИМ, что стране и народу, для того чтобы выйти из ситуации национальной катастрофы, объективно нужна сегодня партия не просто номинально коммунистическая, но именно большевистская, то мы имеем в виду следующее.

Партия должна быть, во-первых, нацелена на бескомпромиссную борьбу с режимом именно как с режимом оккупационным, интервенционистским. Во-вторых, она должна быть столь же бескомпромиссно нацелена на возвращение страны в социалистическое русло развития, без всяких уступок парламентаризму, так называемой планово-рыночной, многоукладной и т.п. экономике. И в-третьих, она должна быть нацелена на то, что в стране, исходя из чисто социалистических, советских начал, может быть и будет создана, не откладывая в долгий ящик, процветающая, изобильная экономика, а также такая система демократии, которая впредь и навсегда положит конец разговорам о том, будто подлинно свободное общество находится на Западе.

Я не буду здесь сегодня читать теоретическую лекцию, но это значит, что в экономике надо вернуться к полностью плановому хозяйству и к принципу повышения благосостояния граждан не через дележ прибылей, а через снижение затрат и цен, через наращивание потребительского богатства в натуральной форме, т.е. в виде общедоступного изобилия товаров и услуг. Что касается демократических преобразований, то их нужно проводить, исходя из открытого также в советское время, но не реализованного в должной мере принципа всемерного и всестороннего развития массовой низовой критически-творческой инициативы.

Со всем этим связана вторая часть, вторая половина нашей главной задачи: не просто воссоздать партию «вообще», как таковую, но приложить все силы, чтобы на деле, с учетом всех современных реалий, вернуть её к большевистским истокам. Это – наша работа по линии уже не СКП–КПСС и КПСС, а по линии собственно большевизма в КПСС, развития его идейно-теоретических, а по возможности – и организационно-практических начал. Т.е., это работа в рамках непосредственно Большевистской платформы.

Здесь для нас ключевым вопросом весь год продолжал оставаться прорыв информационной блокады. Вы сами понимаете, что если материалы просто физически не доводятся до широкой публики, то, какие бы замечательные там ни излагались теории, дело двигаться вперёд не будет.

Удалось издать отдельной брошюрой материалы нашей октябрьской конференции. В основном брошюра, можно сказать, распространена, но небольшое количество экземпляров ещё имеется, и надо ещё немного поработать, чтобы тираж был полностью реализован. Были и определённые трудности с распространением. Так, по каналам ВКПБ прошла не совсем товарищеская «директива» не заниматься распространением брошюры и вообще материалов Большевистской платформы.

Продолжал выходить, понемногу наращивая тираж и улучшая внешний вид, «Информационный бюллетень» Московского центра. После конференции, кроме брошюры, вышло ещё пять его номеров в прежнем, достаточно примитивном полиграфическом исполнении, и наконец, 18-й его номер появился в виде газеты. Считаю, это большое наше достижение, – если, конечно, мы сумеем надлежащим образом наладить её распространение. Настоятельно прошу, ещё и ещё раз, всех к этому подключиться. Газета будет выходить на шести или восьми полосах, с тематическим вкладышем, который каждый раз будет посвящён рассмотрению какой-то одной определённой проблемы. В только что вышедшем номере на вкладыше помещены материалы нашего апрельского семинара по фашизму. Очередной вкладыш готовится по проблеме собственности и распределения прибавочного продукта при социализме. Там будут использованы письма некоторых наших товарищей, другие материалы, которые до сих пор лежали, вынужденно, без движения, а теперь мы можем дать им ход. Так что можно уже почувствовать, как развязываются у нас руки в идейно-пропагандистском плане. Только, повторяю, газету нужно помогать распространять.

В течение минувшей зимы и весны Московский центр Большевистской платформы выступил инициатором проведения ряда успешно прошедших научных собраний. Это конференции по случаю 40-й годовщины со дня смерти И.В.Сталина, 110-й годовщины со дня смерти К.Маркса, 70-летия образования Союза ССР, уже упомянутый семинар по истории установления фашистских режимов в Европе. Материалы этих конференций мы постараемся, хотя и с опозданием, в газете поместить. Удачной, содержательной получилась в январе встреча-диспут с Марксистской платформой, с участием её лидера А.А.Пригарина. Удачными, яркими были выступления от Большевистской платформы на XX Всесоюзной партконференции и XXIX съезде КПСС, на вечере памяти В.И.Ленина 21 января в Музее Ленина, на учредительной конференции Московского комитета по защите конституционного строя 28 мая, на открытии Левого клуба Российской Академии наук в Институте экономики, на межпартийной конференции, посвящённой юбилею II съезда РСДРП, на ряде «малых» митингов, где мы постепенно начали все-таки продираться к микрофону.

Недостатки в нашей работе.

Главный и наиболее удручающий из них – это продолжающийся «инкубационный период», малочисленность, отсутствие массовости, слабая структурированность на местах. Частично мы тут пожинаем плоды нашего же собственного, да позволено будет так выразиться, чистоплюйства на тему неперерастания платформы во фракцию. Мы упираем на идейную общность, не занимаемся созданием структур на местах. Чем это оборачивается? Имеется, допустим, какая-то ячейка, которая давно и достаточно определённо держит с нами связь. Спрашиваешь их: когда же у вас там будет Большевистская платформа? Они в ответ: да что вы, да мы давно на Большевистской платформе. Хорошо, а в чём это выражается организационно? А организационно это выражается в том, что они состоят в РКРП, в ВКПБ, в КП РФ, в республиканской компартии или вообще в обществе «Единство». Т.е., для стороннего наблюдателя Большевистской платформы в данном пункте всё равно что нет. Незачем объяснять, какой из-за этого терпим моральный, политический и всякий прочий урон, причём совершенно незаслуженный и неоправданный.

Выход из положения, который здесь предлагается. Сделать определённые шаги в сторону такого образования, как КПСС на Большевистской платформе, – что и является, собственно, нашей конечной целью. Это означает: создавать из сторонников Платформы уставные структуры КПСС. Что-что, а первичку КПСС из большевиков – всюду, где их имеется хотя бы трое, – можно организовать практически всегда. Скажу прямо, – Московский центр Большевистской платформы дееспособен благодаря тому, что люди объединены ещё и в первичку КПСС. Она позволяет поддерживать тот уровень организованности, ниже которого никакой работы вообще нет.

Так что жизнь однозначно подталкивает нас именно на этот путь теснейшего «слипания» с уставными структурами КПСС. Если где-то сторонники Большевистской платформы смогут образовать райком, горком КПСС, – это надо делать. Если хватает сил только на первичку, – ограничиться первичкой. В дальнейшем все эти «клочки» КПСС на Большевистской платформе могут между собой скоординироваться и объединиться, не нарушая никаких уставных норм. Не мы же виноваты, в конце концов, что партию разгромили и что её остатки существуют, в частности, вот и в такой форме.

Ставка же на сторонников Платформы, состоящих в других партиях и движениях, пока себя не оправдывает, – так как, повторяю, они организационно в качестве Большевистской платформы не структурируются, со всеми вытекающими отсюда последствиями, в основном для нас негативными.

С целью активизации всей этой деятельности вносится предложение: выйти от Большевистской платформы с проектом «внутреннего» Устава КПСС, так как Устав СКП–КПСС, принятый XXIX съездом, не годится для регулирования внутрипартийной жизни. Консолидация вот этих, как они здесь были названы, остатков КПСС в настоящий момент затруднена тем, что фактически нет реально действующего документа, в свете которого они могли бы консолидироваться. Устав СКП–КПСС просто для этой цели не годится, а Устав XXVIII съезда принимался по другому, так сказать, случаю, да и вообще непонятно, действует он или нет.

 

ОЦЕНКА текущей ситуации в стране.

Она подробно изложена в проекте резолюции, которую я здесь пересказывать не буду, подчеркну только основную мысль нашего подхода.

Главный промах всей нашей, как она сама себя называет, оппозиции состоит в том, что мы себя воспринимаем именно как оппозицию какому-то законному, легитимному началу. Но действительная-то ситуация как раз обратная. Единственно законное, легитимное начало в стране, по сей день, – это начало Советское, социалистическое и, соответственно, все те, кто за него выступает. Страна подверглась агрессии, оккупации. Власть не сменилась законным путём, она подавлена, разрушена оккупационными силами. В оккупационном режиме ни грана нет легитимности, как не было её в различных суррогатах управления, которые гитлеровцами создавались на оккупированных территориях. Нельзя к этой суррогатной власти быть в «оппозиции», как нельзя быть в оппозиции к немецко-фашистским захватчикам. Вместо «оппозиции» должно быть Сопротивление. Всеми партиями и группами, входящими в движение Сопротивления, должно быть официально констатировано, – как это сделал Союз офицеров, – что страна находится в состоянии войны, является жертвой вероломного нападения, развязанной против неё агрессии. А вовсе не в каком-то «переходном периоде» и т.п. Задача, стоящая перед силами Сопротивления, – это организация отпора вражеской агрессии, а не подготовка к выборам и т.д. в том же роде. Какие «выборы» в условиях оккупации? Разве мы не убеждались десятки раз, что исход их предрешён? Зачем играть в поддавки с врагом, который поставил цель – уничтожить нас как нацию, а вовсе не демократию у нас вводить?

На территории СССР последовательно реализуются намётки гитлеровского так называемого плана «Ост», согласно которым должна была быть уничтожена полностью Советская государственность, должен был быть уничтожен, стерт русский народ, как этническое ядро советского народовластия, наполовину сокращено на нашей территории население, а жизненный и культурный уровень оставшихся полурабов низведён до самой примитивной отметки. Совершенно непозволительно говорить, будто реализация плана «Ост» – это какие-то, видите ли, «реформы», и мы тоже, мол, за «реформы», только их надо немного подправить, чтобы они были «в интересах народа». Недопустимы также разговоры, будто нас ведут, – пусть и не совсем правильным путём, – «к рынку», «в мировую цивилизацию» и пр. Нас никуда не ведут, нас планомерно уничтожают, чтобы освободить от нас жизненное пространство для себя и высвободить – опять же для себя – наши природные ресурсы.

Мы же имеем право и священную обязанность защищать себя и историческое наследие наших предков от геноцида и тотального истребления. Всеми доступными нам средствами, – а не только теми, которые «законны» с точки зрения оккупантов. «Незаконны» в этой борьбе только те и такие методы и средства, которые НЕ ведут к спасению народа и его исторического достояния, НЕ ведут к избавлению от вероломного и бесчеловечного агрессора и его пособников.

Нельзя считать, что народ сделал какой-то новый социально-исторический выбор, ибо все решения, которые он в этот период якобы принимал, навязывались ему, в действительности, методами информационно-психологической войны. А те единичные решения, которые он сумел принять «в здравом уме и твёрдой памяти», как в марте 1991г., цинично не выполнялись и попирались.

В принципе неверно выжидать складывания так называемой «революционной ситуации». У нас – не ситуация смены двух общественно-экономических формаций, у нас – народ на оккупированной территории. Народ ощущает не внутренние революционизирующие импульсы, а он ощущает, что его предали, что национальное руководство бросило его и бездействует. Ожидать, что на этой почве вызреет «революционная ситуация», – это попросту искать пресловутые «объективные причины» для своего бездействия и неспособности повести за собой людей.

Мы будем считать свою цель достигнутой, если выдвижение и принятие такой концепции и оценки положения дел в стране послужит скорейшему формированию подлинного национального лидера, – как коллективного, так, возможно, и единоличного.

Не скроем, что на роль такого коллективного лидера мы прочили, как говорится, обновлённую КПСС. Но сбудется ли это в действительности, – историческая практика пока не сказала ни «да», ни «нет». Остается делать всё, что в наших силах, чтобы это сбылось. Внятного отрицательного ответа мы ведь тоже пока не получили.

 

ПО РАБОТЕ Оргкомитета как такового. Я думаю, что товарищи члены Оргкомитета выскажутся на эту тему, и выскажутся достаточно самокритично. Пока нам ещё довольно далеко до целостного, слаженного коллектива, где чётко распределены обязанности, где каждый знает и делает своё дело. Как не было у нас, так и нет сильного «орговика». Нет товарища со склонностью и способностью к работе на улице, в массовых акциях. Из-за этого мы в Москве сильно проигрываем. Не умеем занять молодежь, которой нужно какое-то живое, «моторное» действие. К работе в других организациях, различных комитетах, координационных советах и пр. люди относятся по принципу – интересно мне там или неинтересно. А ведь это именно работа, а не хождение ради удовлетворения любопытства. Из-за такого отношения пустует ряд мест, которые мы могли бы не без пользы для себя занимать в других организациях. Потом из-за нашего туда нехождения нас просто перестают приглашать. А потом мы удивляемся, что нас туда не позвали и сюда не позвали. Словом, огрехов в работе хватает. Есть и такие члены Оргкомитета, которые забыли, наверное, что они таковыми являются.

Не сомневаюсь, что имеются претензии и ко мне. Какие-то наши недостатки лучше видны со стороны, чем изнутри. И такое мнение, если оно есть, было бы полезно послушать.

Так что хотелось бы надеяться сегодня на конструктивный обмен мнениями, который поможет наше общее дело продвинуть вперёд.

 

Опубл.: информбюллетень «Светоч» №19, июль – август 1993г.

 


Короткая ссылка на этот материал: http://cccp-kpss.su/225
Этот материал на cccp-kpss.narod.ru