Социализм на нашей территории неотделим от государственной формы СССР

Не ищите для него здесь
других способов существования:
их не было, не могло быть
и не будет

Председатель Исполкома
Съезда граждан СССР
Т.Хабарова

Доклад
на Расширенном пленуме
Исполкома СГ СССР
в честь 10-й годовщины
Съезда граждан СССР
четвёртого созыва

Москва, 19 ноября 2017г.

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

Съезд граждан СССР четвёртого созыва, – основные параметры которого были обрисованы во Вступительном слове, – ознаменовал себя, прежде всего, предельно чёткой постановкой вопроса о том, что

возрождение социализма на нашей земле означает, именно и только, освобождение от империалистической оккупации государства Союз Советских Социалистических Республик.

Всё; никаких других формулировок эта задача не имеет. Отчётный доклад Исполкома на Съезде 2007г. так и озаглавлен: Выстроить борьбу за социализм как борьбу за освобождение СССР.

А почему это так?

Товарищи, это чрезвычайно важно понять.

Всякий общественный строй получает своё завершение в институциональной конструкции – в государстве.

Господство класса – в конституции, в собственности, – говорил В.И.Ленин.

Покуда такая государственная конструкция, где нерушимо и однозначно затверждены формы собственности, покуда она не выработалась, нового общественного строя всё равно что нет.

Именно поэтому мы так подчёркиваем значение Советских Конституций, в особенности первой полномасштабной Конституции социалистического государства – Сталинской, 1936 года, и её преемницы – Конституции СССР 1977 года.

Вместе с новым государством формируется новый суверен, новый носитель государственного суверенитета. В некотором, на первый взгляд парадоксальном смысле – новый народ.

Такова ситуация с возникновением в СССР новой исторической общности людей – Советского народа. Это было закономерное и совершенно необходимое формирование нового суверена, «парного» к Советскому социалистическому государству.

После этого о социалистическом строе у нас в стране можно было говорить, что он обрёл своё конкретно-историческое, для той ступени развития, системное завершение, и эта завершённость могла быть, условно, выражена формулой

СССР плюс Советский народ.

И вне этой формулы никакого социализма у нас тут не существовало.

«Возвращение в СССР»:
опорные точки

Итак, этот мотив нераздельности социализма и его завершающей государственной формы проводится едва ли не в каждом нашем документе, начиная с Декларации о единстве Советского народа, это 1995 год. К этому приходится снова и снова возвращаться потому, что классовый и геополитический противник не хуже нас знает: чтобы прочно, намертво «похоронить» социализм, надо перерубить вот эти системные связки между ним – и государственностью СССР, между ним – и Советским народом. Вот тогда и окажется, что восстанавливать нечего и некому.

И вы посмотрите, как настырно нам подсовываются всевозможные версии социализма без СССР и без Советского народа: здесь и «народовластие» какое-то, и диктатура пролетариата, – которую старательно отрывают от Конституции СССР, как будто там не диктатура пролетариата запечатлена, а какое-то совсем другое государственное устройство, и т.д.

Альфа и омега любой разновидности нашего имитационного так называемого «комдвижения», – читаем в одном из Постановлений Съезда четвёртого созыва, – это «СССР больше нет», «Советского народа нет», «мы живём в буржуазной стране и обязаны с этим считаться».

И конечно же, обливаются всяческой грязью усилия советско-патриотической мысли по созданию марксистски-научной картины того положения, в котором мы очутились в результате нашего проигрыша в третьей мировой войне.

Раздаётся, – как сказано в Отчётном докладе Съезду четвёртого созыва, – скулёж, вытьё, нытьё и визготня по поводу полного, якобы, отсутствия у нас коммунистической теории, адекватной настоящему моменту, по поводу «застоя в сфере теории и стратегии» и т.п.

Ничего себе, «застой»…

  • За период с начала 1990-х годов нами уверенно застолблены все отправные точки нашего предстоящего «возвращения в СССР»;

  • торжественно подтверждено продолжающееся существование Советского народа как совокупности граждан СССР, сохранение им своего объективно-исторического единства и всех своих суверенных прав;

  • подтверждено продолжение действия де-юре Конституции СССР 1977г. со всем вытекающим из неё законодательством;

  • подтверждено продолжающееся существование де-юре самого СССР;

  • определена природа происшедшей со страной катастрофы как поражения в информационно-психологической войне;

  • информационно-психологическая война квалифицирована как продолжающаяся агрессивная и захватническая Третья мировая война в полном международно-правовом смысле этого термина;

  • определён нынешний статус СССР как страны, временно оккупированной силами и структурами транснационального капитала;

  • категорически подтверждено невозникновение права частной собственности на объекты общенародного достояния СССР;

  • продемонстрирована политическая и экономическая нелегитимность режимов правления, образовавшихся на территории СССР в процессе её оккупационного расчленения;

  • предложено дополнить ст.64 де-юре действующего УК РСФСР понятием «коллаборационизма», как крайней, предельно опасной формы пособничества врагу, выражающейся в создании марионеточного, т.е. контролируемого врагом режима правления и в обеспечении тем самым фактической вражеской оккупации территории СССР;

  • при этом уточнено, что коллаборационизм есть преступление против мира и человечности, ответственность за которое не зависит от времени совершения составляющих данное преступление в целом предельно опасных деяний;

  • проводимые на временно оккупированной территории СССР так называемые «реформы» (включая «либерализацию цен», «приватизацию», насильственную деколлективизацию села, организацию геноцида Советского народа и пр.) постатейно квалифицированы как та или иная разновидность преступления коллаборационизма;

  • сформулированы идея и концепция преодоления катастрофы через развёртывание Советского освободительного движения; причём, в достаточно конкретном виде, так что мы без особых натяжек смогли одно из Постановлений нашего Съезда ещё третьего созыва озаглавить Стратегия и тактика национально-освободительной борьбы Советского народа.

Вышеприведённый перечень целиком выписан мною из Отчётного доклада Съезду четвёртого созыва. Т.е., Съезд не просто провозгласил, что борьба за социализм должна быть организована как борьба за освобождение СССР, но и смог представить стратегию, концептуальную схематику этой борьбы вот в такой концентрированной форме.

И всё это отнюдь не одни лишь громкие фразы, слоганы митинговые, а это политико-философские открытия самой высокой пробы для той исторической коллизии, когда они вырабатывались, рождались.

Противостоит же этой схематике на нашей политической арене многолетний излюбленный припев «ком»-имитаторов: «СССР больше нет», «Советского народа тоже нет, он уничтожен», «мы живём в другой стране» и т.п.

Съезд четвёртого созыва
об имитаторах и имитаторстве
.
Это никакое не «ком»движение,
а специфическое подразделение
коллаборационистского режима

В ДАННОЙ СВЯЗИ необходимо отметить, что Съезд 2007 года весьма определённо высказался в адрес имитаторов и имитаторства.

Если вы меня спросите, кто такие имитаторы, как их опознать, то это совсем нетрудно: кто болтает, якобы ни СССР, ни Советского народа «больше нет», вот они самые имитаторы и есть.

Возвращению народа в национально-самосознательное состояние, – как сказано в одном из Постановлений Съезда четвёртого созыва, – злостным образом препятствует имитационный характер того, что мы по инерции называем «комдвижением».

Сколь ни прискорбно, но на самом деле это никакое не «ком» движение, а это специфическое подразделение коллаборационистского режима, объективно нацеленное как раз на то, чтобы коммунизм в его идеологически и политически адекватном облике не мог в стране возродиться.

Вы можете себе представить, чтобы на оккупированной территории СССР в период Великой Отечественной войны кто-то, именующий себя «коммунистом», проповедовал подобные взгляды: Советский Союз «развалился», Советский народ прекратил своё существование, мы теперь граждане «другой страны», у нас «произошла полная реставрация капитализма» и пр.? Как отнеслась бы к таким «коммунистам», по освобождении страны от оккупации, Советская власть? Разве не как к предателям и изменникам Родины? Кто слушал бы всерьёз их лепет о том, что они-де были все «за социализм», за Маркса с Энгельсом, и от всей души, вот ей-богу, хотели «восстановления СССР»?

Соответственно, в Постановлении Съезда граждан СССР второго созыва О статусе СССР как временно оккупированной страны нужно дополнительно предусмотреть пункт, который квалифицировал бы распространение «теорий» о прекращении существования СССР и Советского народа как одно из деяний, составляющих преступление коллаборационизма.

Сплошь и рядом коллаборационистская, по сути своей глубоко антисоветская проповедь совершается под красными флагами и прочей революционной атрибутикой, в сопровождении шибко грозных речей и речёвок. Это не должно вводить в заблуждение. Критерий тут должен быть только один: отношение к СССР и Советскому народу. Если крикуны под красными флагами не решаются членораздельно подтвердить: СССР де-юре существует, Советский народ никуда не делся и является единственным законным хозяином всех богатств на территории СССР, – всё, перед нами никакие не «революционеры» и не борцы за «достойную жизнь для народа», а закамуфлированные прислужники всё того же оккупационного режима.

Потиттехнологический приём, который почти три десятилетия эксплуатируется имитаторами и безотказно на них работает, – это назойливые призывы к «объединению». Но никакого объединения не происходит, и по истечении более чем четверти века всякому должно стать ясно: шарманка потому и крутится вхолостую, что именно такой результат был запрограммирован с самого начала.

Спрашивается, как вывести лживых «объединителей» на чистую воду?

Вопрос тут нужно поднимать не об «объединении», но о восстановлении советского конституционного порядка в сфере коммунистической партийности, – как это и сделал в одноимённом Постановлении Съезд граждан СССР ещё первого созыва в 1995г.

И если кому-то так уж не по душе советский правопорядок в области партийного строительства, если претит сама мысль о ликвидации псевдокоммунистических партиек и собирании всех здоровых сил в единую КПСС, – то этим людям вообще никакого «объединения» и не надо, а трескотня об «объединении» ими используется как дымовая завеса, чтобы продолжать культивировать разлагающую лжекоммунистическую многопартийность.

Как и следовало ожидать, к многопартийности добавилась ещё столь же деструктивная «многоСССРность».

И здесь также зёрна от плевел отделяются посредством того же критерия: признаётся или фактически не признаётся действие де-юре Конституции СССР 1977г., по её состоянию на 1985г., без всяких горбачёвских «поправок» и «дополнений». И если нам в ответ мямлят, что, – мол, – признаём, только там должна быть частная собственность, многопартийность, пост президента и не должно быть 6-й статьи, да ещё избиратели вместо граждан, – перед нами, опять-таки, имитаторы, слушать которых и поддаваться на их подначки, и в особенности на демагогию вокруг «объединения» с ними, – это наносить урон делу освобождения СССР.

Мы вернули всю
доставшуюся нам сумму
коммунистического знания
в боеспособное состояние

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

вернусь ещё раз, чтобы окончательно с этим расквитаться, – к болтовне о нашей полнейшей, якобы, идейно-теоретической разоружённости перед всем тем, что обрушилось на страну в обличье «перестройки» и последовавших за нею катаклизмов.

Не буду вдаваться в историю и предысторию вопроса, но насчёт разоружённости, что ж, – это, со всей очевидностью, так оно и было: на Старой площади, на Ильинке, на Лубянке, в Академии общественных наук при ЦК КПСС, в Высшей партийной школе и в тех академических институтах, которые по отношению к ЦК слыли тогда «придворными». И не только было, но и продолжает пребывать в различных «комдвиженческих» структурах, которые возложили на себя, хотя бы частично, роль и функции учреждений, находившихся по упомянутым адресам.

Что до нас, то нас это абсолютно не касается.

В Отчётном докладе Съезду четвёртого созыва за вводной частью идёт параграф под заголовком Мы вернули всю доставшуюся нам сумму коммунистического знания в боеспособное состояние.

Параграф этот мною здесь уже цитировался. Оттуда взят перечень опорных точек борьбы за освобождение СССР, – который был тут же охарактеризован как «концептуальная схематика» этой борьбы. И назовите мне хоть одну из этих опорных точек, хоть один тезис, который сегодня не использовался бы «на полную катушку» (хотя, как правило, без ссылок на первоисточник) практически всеми, кто позиционирует себя в качестве «борцов за СССР», за освобождение от оккупации и т.п.

Как бы там ни было, факты свидетельствуют сами за себя: плохое не воруют, даже и будучи заимствована не очень-то добросовестным путём, будучи при этом изрядно искажена, идеология демонстрирует не что иное, как свою неотразимую и неоспоримую боеспособность.

Так что все наши сегодняшние оценки адекватны, и вещи с течением времени неизбежно встанут на свои места.

Идейный фундамент, на базе которого коммунистическая доктрина вновь обрела боеспособный вид, – это марксизм эпохи строительства социалистического общества в СССР; т.е., можно сказать, что это сталинский марксизм.

Конечно, никоим образом не противопоставляя при этом И.В.Сталина В.И.Ленину. Но у этих двух титанов коммунистической мысли несколько разные, да позволено будет так выразиться, исторические ареалы их обитания.

Итак, обратившись опять к Отчётному докладу 2007 года читаем в нём:

мы ведь не ограничились тем, что прокламировали «возврат к Сталину»; нет, мы, – по существу, – едва ли не всё сталинское наследие заново перелопатили и на новом витке истории вмонтировали его целиком в систему, в здание марксистско-ленинской науки. Причём, вмонтировали настолько органично и прочно, что отныне и надолго впредь коммунистическое учение стало, в надлежащем смысле слова, учением Маркса–Энгельса–Ленина–Сталина, и разъять сызнова эти его составляющие концептуально уже ни у кого не получится.

И в нашем Проекте Новой редакции Конституции СССР, – соответственно, – прописаны все «три кита» творческого, созидательного сталинизма:

СТАЛИНСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ, или политика непрерывного массированного снижения затрат и цен, – как основа хозяйственной жизнедеятельности возрождённого социалистического строя и его постепенного перерастания в полный коммунизм;

СТАЛИНСКАЯ ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ, или программа всемерного развёртывания «массовой критики снизу», массовой низовой обновленческой инициативы, – как заслон против бюрократизации политической надстройки социализма, против её элитаристского окостенения. А также и как орудие и принцип постепенного перехода от фактически уже изжившей себя представительной демократии к коммунистической системе «поголовного», по В.И.Ленину, участия граждан в управлении.

И третий «кит» – это СТАЛИНСКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ: т.е., все проблемы воссоздания и последующего развития нашей союзной государственности решаются с позиций и под углом зрения Советского народа как сформировавшейся новой исторической общности людей. Общность эта полностью сохраняет свой классовый характер, поскольку её социальным ядром остаётся человек труда, а также она полностью сохраняет и всё национальное многообразие, всю самобытность вливающихся в неё этнических групп, при ведущей, объединяющей роли великого русского народа.

Уважаемые товарищи, а вы не задумывались, почему нами придаётся такое значение фиксации научно-теоретических по своему происхождению положений в Основном законе страны? Почему не в партийной программе?

Секрет здесь в том, что в партийной программе можно что угодно написать, а потом этого ничего не будет, как и получилось с хрущёвским коммунизмом к 1980 году, – и не только с ним. С Конституцией же нормального государства, – если это действительно государство, а не оккупационный режим, живущий по надиктованной из заморского «обкома» поделке, – в нормальном государстве это не пройдёт. Если вы хотите вашей стране предложить что-то конструктивное в плане политики, экономики, культуры, социального благоустройства и т.д., и это ваше предложение на конституционном языке никак не «проговаривается», – всё, садитесь и дорабатывайте до кондиций.

И напротив, здравая и своевременная научная мысль обычно хорошо поддаётся конституционной формулировке. Странно, что на этот безошибочный признак обществоведческого здравомыслия не обращают того внимания, какого он заслуживает.

Своего рода коронный сюжет
Съезда четвёртого созыва –
это постановка вопроса
об идеологии научного коммунизма
как о вероучении

И ВСЁ ЖЕ своего рода коронный сюжет Съезда четвёртого созыва – это постановка вопроса об идеологии научного коммунизма как о вероучении.

К сожалению, я не могу здесь воспроизвести целиком поистине блестящий теоретико-философский анализ проблемы в кантовских категориях «теоретического» и «практического» разума, который дан в материалах Съезда. Почитайте сами, – не пожалеете.

По поводу Канта там справедливо замечено, что немецкая классическая философия в целом является, – как известно, – одним из первоисточников марксизма-ленинизма, и знакомство с нею никоим образом нельзя ограничивать ленинскими конспектами Гегеля. Во всяком случае, термины и понятия «теоретического разума» и «практического разума», как и способы оперирования ими, для каждого марксиста должны быть (или стать) столь же привычными и обычными, как «борьба противоположностей», «отрицание отрицания» или «переход количества в качество».

С помощью теоретического разума человек познаёт окружающую его внешнюю действительность и её сущность. Сущность же себя самого человек познаёт, погружаясь в свой собственный внутренний мир. Сущность человека есть, – по Марксу, – совокупность общественных отношений. Т.е., погружаясь в этот самый свой внутренний мир, мы окунаемся не куда иначе, как – вот именно – в совокупность наших общественных отношений.

Факты теоретического разума – это явления внешнего мира, сведения о которых нам доставляют наши органы чувств. Форма их познания – это научная достоверность: достоверность наблюдения, опыта, эксперимента.

Факты практического разума – это нравственные долженствования. Форма их познания – это чувство Долга, внутренняя убеждённость, или, – если угодно, – вера.

Сфера теоретического разума – это область науки. В сфере же практического разума издавна укоренилась религия.

Считалось, что нравственные веления могут исходить только от некоей сверхчеловеческой силы – от бога. Только бог может указать человеку, что он должен делать.

С течением времени – и в огромной степени благодаря Марксу – человечество пришло к пониманию, что эта указующая сила – это мощь нашего собственного совокупного общественного бытия, как высшей стадии развития естественноисторической реальности, природы.

Место религий начали занимать исторически более совершенные формы систематизации практического разума – идеологии. Идеология построения коммунизма была объявлена научной идеологией. И это, в общем-то, правильно, только это нельзя истолковывать вульгаризаторски: так, будто марксизм заменяет подходы практического разума разумом теоретическим – естественнонаучными дисциплинами.

Научность марксизма не в том, что он перебазируется, якобы, на почву теоретического разума, а в том, что он трактует всё, относящееся к практическому разуму, материалистически.

Т.е., марксизм рассматривает силу, определяющую жизненный путь человека, – если ему вообще суждено подняться до разумного определения своего жизненного выбора и пути, – рассматривает её не как некое вмешательство свыше, а как проявление естественного и благотворного контакта индивида с целокупностью общественного бытия, через следование чувству Долга: классового, патриотического, гражданского, воинского, интеллектуального, и так вплоть до надлежащего поведения на обыденном уровне.

Исторически вытесняя религиозное мировоззрение, идеологии, тем не менее, закономерно удерживают и присваивают себе его конструктивные моменты, и в первую очередь статус вероучения. Стопроцентным, можно сказать, вероучением является по своему когнитивному статусу и марксизм.

Съезд граждан СССР твердит об этом с 2006г., считая с нашего политклуба Идеология научного коммунизма как вероучение. И давно бы уже пора перестать по-глупому шарахаться от этого термина, – как будто верить можно только в бога, как будто предметом веры, глубочайшей убеждённости не может быть неизбежность справедливого жизнеустройства на Земле, свобода и независимость, могущество и процветание Родины, торжество здравых научных взглядов над мракобесием и т.п. Вероучение, – сформулировано в Отчётном докладе 2007г., – это не свод знаний о боге, а систематизация жизнеобразующего, жизнеопределяющего знания человека о самом себе как об общественном существе.

Вынесение этой проблематики на Съезд четвёртого созыва имело, кроме общефилософской, ещё и прискорбно прагматическую причину.

И это была предпринятая на рубеже 2005–2006 годов попытка так называемой Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) объявить коммунистическую идеологию «преступной», на некоем как бы «законодательном» в кавычках уровне. Следом за тем объявить «преступными» и подлежащими «вымарыванию» из национальной памяти и национальной истории те периоды в развитии того или иного государства, когда оно руководствовалось идеями строительства социалистического и коммунистического общества. Далее государства, «провинившиеся» тем, что строили социализм, должны организовать у себя массовое беспощадное истребление всех, ещё уцелевших материальных и культурных атрибутов социалистической эпохи, какие только поддаются физическому уничтожению.

На тот момент атаку европарламентских отморозков общими усилиями удалось отбить. Кстати, Исполком СГ СССР и Оргкомитет Большевистской платформы в КПСС в январе 2006г. также выступили с Заявлением на эту тему, под заголовком Последыши нацистских военных преступников, опомнитесь, – чтобы не повторить их судьбу! Оно было опубликовано в тогдашней нашей, выходившей в Ростове-на-Дону газете «Советы граждан СССР».[1]

Но поднятая троглодитами из ПАСЕ волна пещерного вандализма отнюдь не улеглась, чему примером то, что творилось – и продолжает твориться – в последние годы на Украине. Нет и никаких сомнений, что атаки эти будут возобновляться при каждом подвернувшемся случае, причём наверняка с удвоенной яростью и наглостью.

Не нуждается в доказательствах, что этим наскокам необходимо давать отпор, и прежде всего против них должен быть выставлен какой-то правовой заслон.

Идеология научного коммунизма должна так же пользоваться правовой защитой, как и любая другая форма солидарной массовой убеждённости людей, которая на сегодняшний день такой защите подлежит. Т.е., как любое другое вероучение.

Вся пикантность ситуации в том, что формы массовой людской убеждённости, подлежащие правовой защите, это, – пока что, – одни лишь религиозные системы.

Но мы вовсе не собираемся приравнивать научный коммунизм к религии. Наоборот, пришло время мировым религиям немного потесниться в той социокультурной нише, которую они исторически со всеми удобствами для себя монопольно заняли и по существу приватизировали. Эта ниша называется право на защиту со стороны закона. Человечеству настала пора осознать, наконец, что кроме религиозной догматики, существуют и другие вероученческие (шире говоря, идеологические) конструкции, которые вправе претендовать на покровительство закона ничуть не в меньшей мере.

Коммунизм есть, прежде всего, массовый УБЕЖДЕНЧЕСКИЙ, «ВЕРОИСПОВЕДНЫЙ» идеал; причём, по своему содержанию несравнимо более вдохновляющий и гуманный, нежели те мрачные перспективы, которыми стращает род людской почти любая религиозная доктрина. Почему надо законодательно защищать картину «Судного дня» и вечных мучений грешников в аду – и тут же объявлять «преступным» коммунистический призыв к созданию на нашей планете общества, где никто не будет паразитировать на чужом труде?

Почему-то в отношении коммунистических убеждений все дружно «забыли», что ст.ст.18 и 19 Всеобщей Декларации прав человека провозглашают свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений, исповедовать свою религию или убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком.

Соответственно, мы должны требовать и безусловной законодательной защиты для любых материальных или культурно-исторических предпосылок и атрибутов, обеспечивающих наше право на беспрепятственное исповедание наших убеждений.

Почему-то морально-правовая норма о недопустимости оскорбления убеждений всецело монополизирована религиозными объединениями. Разрушение храма или изображения какого-либо божества, поношение имён Иисуса Христа, Мухаммеда и т.д., осквернение мест и объектов массового поклонения верующих – всё это немедля будет квалифицировано как посягательство на свободу мысли, совести и религии, согласно Всеобщей Декларации прав человека.

И в то же время считается в порядке вещей беспрерывно строить планы уничтожения Некрополя на Красной площади в Москве, начиная с Мавзолея В.И.Ленина, – который для приверженцев идеи социальной справедливости является, в сущности, таким же культовым сооружением, как храм для христианина или мечеть для мусульман. Некрополь то и дело оскверняется и разными изощрённо-циничными способами, вроде организации в непосредственной близости от него оглушающих развлекательных мероприятий, типа новогодней ёлки с катком.

То же относится к именам и памяти почитаемых в народе деятелей революционного движения в России, как и эпохи социалистического строительства в СССР, к героям Великой Отечественной войны. Неприкосновенны должны быть места их захоронений, возведённые в их честь мемориальные сооружения и знаки. Муссирование в печати и в электронных СМИ различных непроверяемых и недоказуемых сплетен о них должно расцениваться, вот именно, как оскорбление защищённых законом убеждений людей, разделяющих те же идеалы, за которые отдал жизнь оклеветанный герой или подвижник.

Вы можете себе представить, чтобы кто-то огородил раскрашенными фанерными щитами Каабу или какую-нибудь часовню, воздвигнутую над местом упокоения святого угодника? Вот и надо добиться, чтобы огораживание крашеной фанерой Мавзолея В.И.Ленина в дни всенародных праздников, неразрывно связанных с его именем, как Победа в Великой Отечественной войне, – чтобы это растленное кривлянье официально проходило по разряду уголовных преступлений, – как и надругательство над чувствами адептов любого другого, всемирно признанного вероучения.

Задача составления
Белой книги преступлений
транснационального империализма
на территории СССР
не решается всё по той же причине:
что в стране по сию пору
вместо действительного
Сопротивления оккупации
«коптит небо»
его имитационный симулякр,
блокирующий любые сколь-либо
конструктивные начинания

ВРЯД ЛИ сегодня есть необходимость заново в подробностях комментировать Постановление Съезда четвёртого созыва О Белой книге преступлений транснационального империализма на временно оккупированной территории СССР. Сказать тут можно только то, что оно сохраняет свою силу. Сама проблема никуда не делась, аргументация по ней не изменилась.

СССР – страна, фактически оккупированная транснациональным капиталом. Оккупация осуществляется руками нелегитимных с момента их возникновения режимов национальной измены, образовавшихся как результат длительного ведения политически диверсионной войны внешним классовым врагом в теснейшей смычке с классово чужеродными элементами внутри Советского государства. Собственно, наше поражение в Третьей мировой войне в том и заключалось, что место законной власти сумели занять эти преступные шайки, являющиеся инструментом осуществления интересов транснационального классового врага нашей страны и нашего народа. Совокупность всего содеянного этими наймитами мирового капитала квалифицирована ещё Съездом граждан СССР второго созыва (2001г.) как преступление коллаборационизма, которым предложено дополнить ст.64 «Измена Родине» де-юре продолжающего действовать УК РСФСР.

В Постановлении 2001г. О статусе СССР как временно оккупированной страны дан и примерный перечень деяний, составляющих преступление коллаборационизма.

Но коль скоро таково истинное положение вещей, то давайте же, наконец, и говорить обо всех этих деяниях именно как о преступлениях; а не как о проявлениях чьей-то «бездарности», близорукости, тупости, некомпетентности и т.п.

На этом и основан наш замысел открыть Белую книгу преступлений транснациональных оккупантов на советской территории – по образцу тех Белых книг, которые открывались во времена гитлеровской оккупации в ряде европейских стран и послужили потом материалами обвинения на Нюрнбергском процессе над главными нацистскими преступниками. В СССР тоже действовала аналогичная комиссия, но то был государственный орган, которого мы сейчас создать не можем, так что для нас Белая книга, это наилучший вариант.

Документы Съездов граждан СССР не имеют обозначенных сроков давности: они правомочны не от Съезда до Съезда (или от Пленума до Пленума), а на весь период, покуда не разрешена поднятая в том или ином Постановлении задача. Возникает традиционный вопрос: почему не решается задача составления Белой книги? К сожалению, ответ также традиционен: она не решается из-за того, что в стране не складывается в массовом масштабе по-настоящему коммунистическое, по-настоящему советское Сопротивление оккупации, а вместо него народу подсовывается некий симулякр или суррогат Сопротивления, усердно культивируемый самими же оккупантами.

Но то, что решение задачи заблокировано имитаторами, никоим образом не значит, что сама постановка задачи неверна, несвоевременна и т.п. Наоборот; если всё, что нам доступно в сложившейся ситуации, – это грамотно, юридически и идеологически безупречно поставить задачу, то именно это и надо делать, не смущаясь тем, сколько времени длится блокада. Историческая правда в конечном итоге любую имитацию, любое симулянтство переупрямит.

Не следует и упрекать нас, якобы мы сами всё это время сидели сложа руки. Нет, мы предпринимали самые разнообразные и весьма энергичные усилия, о чём можно прочитать в материалах Съезда четвёртого созыва, в Отчётном докладе и в том же Постановлении о Белой книге.

Но поддержки эти наши усилия не только не встречали, а наталкивались на вполне ощутимое противодействие. А в одиночку такой проект, как Белая книга, не потянешь.

Снова и снова представлять
на обозрение граждан
аргументационно неопровержимую
картину и оценку того,
что на самом деле происходит, –
это тоже работа освобождения,
без которой и сама
освободительная борьба
развернуться не сможет

В ЕЩЁ большей мере всё вышесказанное относится к двум заключительным документам Съезда граждан СССР 2007г. – к Постановлениям Информационный прорыв – ближайшая главная задача Советской освободительной борьбы и В связи с парламентскими и президентскими выборами в РФ.

И опять-таки, оба они сохраняют пока что значение грамотной постановки проблем, до практического решения которых дело, однако, за истекший период не дошло.

Что ж, разве не было в истории человечества войн, которые продолжались многие десятилетия? И разве не выигрывала эти изматывающие противостояния та сторона, которая была наиболее непоколебимо убеждена в своей правоте? Ведь не остановило же Дмитрия Донского то, что до него татаро-монгольское иго тяготело над Русью добрых полтораста лет. Конечно, не дай бог, чтобы иго трансатлантическое длилось столько же, но и посыпать голову пеплом из-за того, что от него не сумели избавиться за четверть века, тоже нет убедительных причин.

Что же, если не настал ещё срок реальному избавлению, то и задачу избавления выдвигать, формулировать, пропагандировать не надо? Ведь формулировка и прокламирование задачи – это тоже работа освобождения, причём важнейшая её часть, без которой и сама освободительная борьба развернуться не сможет.

Своеобразным лейтмотивом всех наших рассмотрений прошлых лет, посвящённых проблематике «информационного прорыва», является то, что увесистую долю вины за его неосуществление, этого прорыва, мы обязаны по-честному отнести на свой счёт, а не заслоняться кивками на вражеские козни и на всеобщую апатию.

Среди наших, прости господи, сторонников есть такие, кто не стесняется демонстративно заявить: мол, Хабарова требует от нас, чтобы мы распространяли материалы Движения граждан СССР, а мы этого не делаем. Мало того, что не делают, ещё и подводят под это своё ничегонеделанье разную гнилую «философию». Спрашивается, о каких информационных прорывах может идти речь, если люди занимают подобную позицию? И ведь это, к стыду нашему, отнюдь не единичный случай. Имеются и такие уникумы, которые ухитряются на позициях этого толка неукоснительно пребывать чуть не по пятнадцати лет.

С этим явлением «внутренней информационной блокады», – разговор о котором у нас поднимается, с прискорбной регулярностью, едва ли не на каждом нашем сборе, в том числе он поднимался и на Съезде четвёртого созыва, – c явлением этим надо так или иначе, но заканчивать. Эти «принципиальные» ничегонеделатели, да ещё вооружённые разной «философской» гнилью, изнутри создают вокруг нас такой «железный занавес», что оккупационному режиму как таковому тут и хлопотать-то больше не о чем. Хотелось бы, чтобы участники сегодняшнего Пленума и все наши соратники, действительные и притворные, отнеслись ко всему доложенному максимально серьёзно.

И наконец, Постановление В связи с парламентскими и президентскими выборами в РФ.

Оно опять-таки целиком принадлежит к этому, нашим временем порождённому жанру: к жанру перманентно формулируемой и выставляемой истины, противодействие которой носит не концептуальный, не аргументационный, но неприкрыто и цинично политический характер.

Процитирую кусок из этого Постановления.

«…по нашему убеждению, от имени коммунистического кандидата в президенты РФ должна быть внесена, наконец, полная ясность в вопрос о том, что представляет собой “курс” российского правительства на протяжении последних 15 лет и в чём, единственно, может заключаться “смена” этого “курса”.

“Курс” этот называется – стабилизационная программа Международного валютного фонда, а “смена” его может выглядеть только так, что по приходе к власти президента-коммуниста выполнение российским правительством этой изуверской “программы” должно быть незамедлительно, всецело и безоговорочно прекращено. Из правительственных учреждений должны быть столь же незамедлительно и безоговорочно выдворены “кураторы” от МВФ, надзирающие за реализацией его людоедских “предписаний”. Фактическая оккупация страны силами и структурами транснационального капитала, она в этом и состоит, что государство опутано щупальцами всемирного финансового спрута и превращено в машину истребления собственного народа».

Спрашивается, – опять же, – это что, неизвестно Г.А.Зюганову и консультирующим его научным «светилам»? Они понятия не имеют, что такое стабилизационная программа МВФ и для чего она навязывается той или иной стране? Или они могут мало-мальски убедительно доказать, что не по этой программе строится почти уже тридцать лет так называемая «внутренняя политика» Российской Федерации?

Со всей очевидностью, люди просто действуют по принципу «против лома нет приёма» – против «лома» замалчивания, отказа от добросовестной полемики, отказа признавать неоспоримые факты.

И тем не менее, и против этого «лома» тоже есть приём. Приём этот заключается в том, чтобы снова и снова, упорно, спокойно представлять на обозрение сограждан адекватную, аргументационно неопровержимую картину и оценку того, что на самом деле происходит. Со всем шлейфом выводов из этой картины и этой оценки, плюс соответствующие рекомендации по ним. Несмотря на мнимую «непрактичность» такого образа действий (мол, что твердить-то попусту, если всё равно не слушают?), он на поверку неизменно приводит к тому, что та сторона, которая не желала слышать доводов разума, оказывается в результате повержена и посрамлена.

В любом случае, мы систематически этим приёмом пользуемся, – ибо в создавшихся условиях никакими другими не располагаем, – и склонны думать, что он в конечном итоге не подведёт; коль скоро стопроцентно не подводил и никого до нас.

 

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

я заканчиваю свой обзор содержания Съезда граждан СССР четвёртого созыва. Не буду рассыпаться в славословиях этому Съезду, ибо значимость его и ценность должны быть сами собою ясны любому патриотически настроенному советскому человеку.

В завершение хочу только заметить вот что.

При подготовке к нынешнему Пленуму мною были внимательно просмотрены материалы предыдущих наших мероприятий этого рода: в честь Съездов первого, второго и третьего созывов.

И вы знаете, это такое чтение, что не оторвёшься. Я понимаю, что должное восприятие наших текстов – такое, какого они заслуживают, – это пока ещё дело будущего, хотя и не слишком отдалённого. Но всё же, всё же, соратники, давайте это будущее по мере возможности каждого из нас приближать. Чем ближе оно придвинется, тем скорее и уверенней встанет из нынешних исторических руин наша любимая, прекраснейшая в мире страна – наш Советский Союз.


[1] «Советы граждан СССР» /г. Ростов-на-Дону/ №5, декабрь 2006г., стр.1.


Короткая ссылка на этот материал: http://cccp-kpss.su/1387
Этот материал на cccp-kpss.narod.ru