Советский народ как современная форма революционной гегемонии рабочего класса в борьбе за восстановление социализма

Председатель Исполкома
Съезда граждан СССР,
канд. филос. наук
Т.Хабарова

Выступление
на международном форуме
«Марксизм и рабочий класс»

Москва, 27 апреля 2013г.

Всё наше «коммунистическое» движение так и не может решить главный для нас вопрос: в какой стране мы живём – в неких новообразованных «буржуазных государствах» или на временно оккупированной территории СССР?

Большевистская платформа в КПСС, а следом за нею Съезд граждан СССР упорно ставят эту проблему перед нашими, прости господи, «коммунистами» ещё с 90-х годов,[1] но честного и единственно здравого ответа по сию пору не слышно, – даже после того, как разработанная нами концепция «временно оккупированной страны» оказалась перехвачена и с немалым успехом растиражирована в Интернете депутатом-единороссом Е.Фёдоровым.[2]

Между тем, отказ от признания факта военного (информационно-психологического) поражения СССР и воспоследовавшей его оккупации силами и структурами транснационального капитала, – отказ от признания этого факта приводит к тому, что всё, происшедшее с рабочим классом в советскую эпоху, проваливается в некую концептуальную «чёрную дыру».

А ведь с ним произошли вещи всемирноисторического значения, – вещи, игнорировать которые и после этого называть себя марксистами по меньшей мере смешно.

Впервые в мировой истории рабочий класс стал государствообразующим, властвующим классом. Сегодня, на фоне того бесправия и социального унижения, в которое ввергнута основная масса трудящихся, уже невозможно отрицать, что Советская власть, при всех её «бюрократических извращениях», объективно функционировала в интересах рядовых тружеников.

Далее, эпицентр классовой борьбы естественно сдвинулся на внешнеполитическую арену. У нас «теоретики» сусловско-андроповского закала до сих пор не могут понять, что высшей формой современной классовой борьбы является «перманентное» противостояние блока империалистических государств государствам социалистического лагеря – т.е., своего рода «перманентная» мировая империалистическая война, включая её новейшую разновидность, войну информационно-психологическую.[3]

Далее, рабочий класс, вкупе со своими союзниками – колхозным крестьянством и трудовой интеллигенцией – «нарастил» на себе новую историческую общность людей, Советский народ, и выступил социальным ядром этой общности.

От власти рабочий класс был отстранён насильственно, в результате поражения государства СССР в психоинформационной войне.

Спрашивается, – могла ли вся эта череда всемирноисторических (повторяем) по своей значимости изменений, – могла ли она никак не отразиться, не запечатлеться в социальной генетике рабочего класса и в том, объективно сущем, силовом поле, которое непрерывно и «независимо от нашей воли и сознания» ткётся действием законов развития человеческого общества, любой формации, в том числе и коммунистической?

Сколько ни толковали нам классики про объективность законов общественного развития, про то, что создаваемое ими эволюционно-историческое пространство не менее реально, чем, – скажем, – поле тяготения, у нас всё считается, что законы истории писаны только в книжках, и больше нигде, и мы можем по «пространству» исторического процесса невозбранно шмыгать взад и вперёд.

Интересная всё-таки эта наша «научная элита»: то косяками защищали диссертации о «советском рабочем классе», то вдруг выясняется, что никакого советского рабочего класса не было и нет, а есть некое едва ли не быдло, которое не тянет даже на статус пролетария конца XIX – начала XX веков. Ему, видите ли, ещё придётся изрядно попотеть, вырабатывая у себя «пролетарское классовое сознание», отвечающее условиям примерно рубежа позапрошлого и прошлого столетий.

 

В действительности, однако, перед нами здесь грубая теоретико-методологическая ошибка, «парная» к заблуждениям (если не умышленной лжи) насчёт «реставрации капитализма» во временно оккупированной социалистической стране. Заплутавши в геополитическом пространстве, неизбежно заплутаешь и в пространстве социодиалектическом; результат же – полностью неадекватное представление о реальном положении страны и о путях преодоления катастрофы, в которую она погружена.

Бесчисленное множество раз за прошедшие годы мы пытались доказать нашему «научному сообществу», что из того эволюционно-исторического «расклада», в котором мы реально находимся, ОБЪЕКТИВНО НЕТ «возврата в капитализм»; он заперт для нас, этот возврат, динамикой срабатывания закона соответствия производственных отношений характеру и уровню развития производительных сил.[4] Не надо обманываться поверхностными, кажимостными признаками якобы-«капиталистического» функционирования оккупационного режима. «Ведь каждый день пред нами солнце ходит, однако ж прав упрямый Галилей». Это именно управляемый извне марионеточный режим, а не возникший неким естественным порядком буржуазный строй.

В принципе то же самое имеет место и с рабочим классом.

НЕТ у нас никакого «недопролетариата», который нужно дотягивать до уровня нещадно эксплуатируемого фабричного рабочего эпохи 1905–1917 годов.

У нас вот именно советский рабочий класс, только выбитый из седла военным разгромом и вдобавок 20 лет усердно оболваниваемый коллаборантами, идейными власовцами из разных «коммунистических» и «рабочих» партиек. Не «пролетарское» сознание в нём надо воспитывать, а пробуждать, пробуждать и пробуждать самосознание СОВЕТСКОЕ, за 20 лет почти задушенное лже-«коммунистической» пропагандой, восстанавливать «матрицу» мышления советского человека, советского гражданина, – законного хозяина (как мы неустанно твердим) всех рукотворных и нерукотворных богатств на территории нашей Родины. И прежде всего прочего, рабочий класс должен «вспомнить» себя как социальное ядро Советского народа и нацеливаться на сплочение именно вокруг себя всех наличествующих в обществе дееспособных протестных сил.

Если нам скажут: да вы что, это полнейшая утопия, ни одного «советского» рабочего в вашем смысле вы сейчас нигде не найдёте, мы ответим: утопия – это когда планируют какие-то «классовые бои», исходя из ложных, фантазийных представлений об объективной диспозиции на поле боя, не умея определить ту точку, тот плацдарм в геополитической и социодиалектической реальности, который вы по факту занимаете. Да, вы вашей же пропагандой внушили людям, которыми вы претендуете руководить, самые абсурдные понятия об этой диспозиции. Но ведь это ещё не аргумент, чтобы вести их в бой по схеме, которая ничего, кроме очередного провала и осмеяния со стороны врага, не сулит.

Желаемой моделью поведения рабочих, – примерно, – могли бы служить события на Выборгском ЦБК в 1999г.[5] или на Херсонском машиностроительном заводе в 2009-м.[6]

Но ни одна из наших «компартий» в советском ключе, на советском направлении, – само собой разумеется, – действовать даже и не помышляет. Мы слышим только, что надо учить рабочих жить при капитализме. Что надо учить их бороться на порабощённой империалистическим агрессором территории своего Отечества – за такую проповедь запросто схлопочешь у нынешних «коммунистов» кличку «юродивого». Но имитационный характер нашего «комдвижения» как его застарелая трагедия, ещё со времён предперестроечной КПСС, это особый разговор, который не будем здесь возобновлять.

 

Суммируя, это совершенно не марксистский подход – изображать историческую «биографию» рабочего класса так, как если бы в ней и не было семидесяти лет социализма и Советской власти, как если бы эти семьдесят лет бытия в качестве субъекта (пусть с разными оговорками, но всё же несомненно субъекта) государствосозидающих процессов не оставили в ней, в этой «биографии», никаких следов.

И не нужно выставлять против нас избитый довод, что, – мол, – не был он субъектом, страной безраздельно правила партия. Извините, а в чьих интересах-то она правила? В чьих интересах первейшим конституционным установлением сделалось право на труд, была искоренена безработица, введены бесплатные или оплачиваемые лишь символически медицина, образование, рекреационная сфера? В чьих интересах любой завод имел детский сад с дачным комплексом, пионерлагерь, профилакторий, медсанчасть, Дом культуры, турбазу или дом отдыха, а то и санаторий на Чёрном море? В чьих интересах разворачивалась эпопея индустриализации, строились новые и новые предприятия, открывались неисчислимые профтехучилища, техникумы, инженерные вузы, отраслевые НИИ и КБ? И т.д., и т.п.

Т.е., из социальной, хозяйственной, культурной и прочей политики государства сформировалось некое цивилизационное «тело», которое и являло собой воплощение объективного интереса, объективного воления рабочего класса и его союзников, – а кого же ещё? «Номенклатуры»? Не смешите…

Стало быть, рабочий класс мог породить, вызвать к жизни государство, которое выражало его объективный интерес. Но это удалось ему лишь потому, что во время Октябрьской революции он «примерил» на себя важнейшую роль гегемона всех исторически прогрессивных общественных сил. Именно из его революционной гегемонии и вырос впоследствии его статус социального ядра новой исторической общности людей – Советского народа. Ведь гегемония должна была сохраниться, перейти в исторически более высокую, более развитую форму. Вот она и перешла.

И отсюда фундаментальнейший вывод для современного марксистского анализа – советский рабочий класс, ни в каких аспектах его исторической «одиссеи», нельзя рассматривать в отрыве от Советского народа. Эта «новая историческая общность людей», – складывание которой зафиксировано, как известно, в преамбуле Конституции СССР 1977 года, – это, по существу, и новая объективно-историческая ипостась самого рабочего класса. Как раз через самоутверждение Советского народа, имеющего своим социальным ядром рабочий класс, а этническим ядром – великий русский народ, и пролегает путь к «стиранию классовых различий», к становлению бесклассового общества. Равно как путь к полному преодолению межнациональных напряжённостей, без какого-либо ущерба для культурно-исторической самобытности любых этнических групп, входящих в состав Советского народа, сколь угодно больших или малых.

В этом смысле всё население земного шара должно в будущем стать единым Советским народом. И именно под таким углом зрения для любой его части открывается возможность недискриминационного, всецело равноправного вступления в эту будущую, подлинно коммунистическую ассоциацию человечества.[7]

Однако, снова с сожалением приходится констатировать, что вывод этот сегодняшняя популяция «идеологов», окормляющих «левое движение», мёртво не воспринимает. Да это и неудивительно; ибо состоит сия «популяция» в основном из людей, которые своим интеллектуальным бесплодием и конъюнктурной бесхребетностью «обеспечили» Советскому Союзу разгром в информационно-психологической войне.

В самый канун перестроечного апокалипсиса талдычили о каких-то, якобы ожидающих нас впереди, бескрайних временах «развитого социализма». Ковырялись с идеологически диверсионной «Комплексной программой научно-технического прогресса и его социальных последствий до 2000 года», – причём, попробуйте добейтесь нынче хоть у одного из этих «прогнозистов», какие «социальные последствия» планировали они для страны на двухтысячный год.

Между тем, ведь были же в государстве и честные учёные, которые ещё в начале 80-х годов предупреждали, на материале польского переполоха с «Солидарностью», что жить при «развитом социализме» нам осталось не более нескольких лет, а дальше грянут такие «социальные последствия» правореставраторского диверсантства, что рядом с ними и польский раскардаш покажется чем-то вполне «штатным».[8]

Спрашивается, – почему, всё-таки, до сих пор непонятно, что коммунисты не начнут побеждать, если не научатся прислушиваться к тем, кто служит истине, а не конъюнктуре? К тем, кто в конечном счёте неизменно оказывается прав, – хотя их правоту и очень не хочется признавать?

 

И наконец, сюда же примыкает вопрос, как правильно сформулировать общую фабулу наших действий, наших освободительных усилий.

Дело в том, что расхожая формулировка насчёт «соединения социально-классовой и национально-освободительной борьбы» также носит устарело-«архивный» характер, не отвечает фактически достигнутому уровню советской марксистской мысли.

Двоякая классово-этническая сущность Советского народа диалектически «снимает» в себе (т.е., объективно сливает воедино) оба начала, и дальше уже не надо пытаться специально их «соединять», как предъявленные нам, якобы, по отдельности друг от друга. Объективная диалектика уже выполнила работу их слияния в некий нерасторжимый сплав, и теперь от нас требуется следовать законам собственного прогрессирования этой вновь возникшей реальности.

Стоящая перед нами задача, таким образом, это организовать НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНУЮ БОРЬБУ СОВЕТСКОГО НАРОДА.

Движущей силой этой борьбы (или, если хотите, гегемоном этой борющейся общности) должен выступить рабочий класс, однако взятый не как «недопролетариат», но именно как советский рабочий класс, с пробуждённым у него (обязательно с пробуждённым!) чувством законного хозяина всей экспроприированной у него собственности и настроем на её непререкаемое возвращение по назначению.

Нельзя изображать оккупационный грабёж общенародного достояния как некое «первоначальное накопление капитала». Словоблудие этого рода – это интеллектуальное предательство интересов трудящихся, в нём «научности» не больше, чем во всех прочих горбачёвско-ельцинских обманках. Никакой грабёж не есть «накопление» у вора, это всегда и при любых обстоятельствах противозаконное изъятие у ограбленного. Сельским труженикам, – в этом плане, – также не повредило бы «вспомнить», что земля, которую занимали их коллективные хозяйства, закреплена за ними Советским государством в бесплатное и бессрочное пользование, и что Конституцию СССР никто в правосообразном порядке не отменял.

Сколько-нибудь цельно изложить здесь концепцию Советской национально-освободительной борьбы мы не можем, это предмет другого рассмотрения. К тому же она многократно и подробно излагалась в различных документах Большевистской платформы и Съезда граждан СССР.[9]

Вне всяких сомнений, эти наработки не могут не быть в свой срок востребованы. Ну, посудите сами: для того ли американцы более полувека вели против нашей страны жесточайшую необъявленную войну, чтобы соорудить тут у нас витрину «процветающего капитализма»? Слава богу, их замыслы в отношении нас бессчётно и ошарашивающе нагло озвучивались. Так что этот вызов рано или поздно придётся принимать, и хорошо, что несмотря на весь внутри-«коммунистический» саботаж, он нами, по крайней мере концептуально, уже принят.

Москва, 4 апреля 2013г.

 

Опубл.: «Экономическая и философская газета» №18(960), май 2013г.


[1] См., хотя бы, Материалы XXIV политклуба Московского центра БП в КПСС Кто же из нас действительно КПСС?. Москва, 17 декабря 1998г. «Советы граждан СССР» /г. Ростов-на-Дону/ №6, март 2007г., стр.8–9. Т.Хабарова. Социализм в СССР мог быть разрушен только как результат поражения в войне. Выступление на Межпартийном семинаре МГК КПС 5 января 2001г. Изд-во «Тематик», М., 2003.

[2] Да и «нашему» В.С.Никитину не мешало бы, – наконец, – сопроводить свои тирады об «оккупации» ссылками на первоисточник, появившийся намного раньше этих его тирад, – на Постановление Съезда граждан СССР второго созыва от 27 октября 2001г. О статусе СССР как временно оккупированной страны.

[3] См. Т.Хабарова. Современные формы классовой борьбы. Москва, 5 января 2000г.

[4] См. Т.Хабарова. Чем скорей народ в этом разберётся, тем решительней сплотится для ответной национально-освободительной войны. Москва, 7 марта 2012г.

[5] См. Иначе народ будет выкошен. Письмо рабочей группы Исполкома СГ СССР трудовому коллективу Выборгского ЦБК. «За СССР» №4(75), 2000г., стр.3.

[6] Ср.: «Вернёмся на минуту к херсонскому “захвату”.

По своей правовой сути эти действия рабочих – никакой не “захват”, а возвращение в законную принадлежность того, что было создано единым Советским народом до оккупации и расчленения страны, а затем отторгнуто у трудящихся чисто силовыми мерами или путём психоинформационного террора и обмана. Фактически, это явочная “низовая” ренационализация разграбленной социалистической собственности – её ренационализация трудовым коллективом, осознавшим себя как неотъемлемая часть СОВЕТСКОГО рабочего класса. Отсюда хорошо видно, что эти акты “явочной ренационализации”, сливаясь в единый поток, одновременно с неизбежностью стали бы и процессом такого же “явочного”, низового возрождения Советской власти и союзной рабоче-крестьянской государственности». Без ясной советской перспективы нет достойного будущего у людей труда. Резолюция митинга «Возвращение страны на социалистический путь развития и роль рабочего класса в этом процессе (Кто у нас нынче гегемон?)». Москва, 7 октября 2009г.

[7] См., хотя бы: Т.Хабарова. Великий русский народ – этническое ядро Советского народа. Научно-практическая конференция Патриотического союза женщин «Проблемы русского народа в современных условиях и пути их решения». Москва, 12 декабря 2009г.

[8] См. Т.Хабарова. «Свободные профсоюзы» и иные события в ПНР в свете марксистской концепции двух фаз коммунистического революционного процесса. Письмо в редакцию журнала «Коммунист». Москва, январь 1981г. «Советы граждан СССР» /г. Ростов-на-Дону/ №7, июль 2007г.

[9] См., к примеру: Стратегия и тактика национально-освободительной борьбы Советского народа. Постановление Съезда граждан СССР третьего созыва. Москва, 31 октября 2004г. «За СССР» №1(123), 2005г., стр.2.


Короткая ссылка на этот материал: http://cccp-kpss.su/1045
Этот материал на cccp-kpss.narod.ru