Изменений обстановки на стратегическом уровне нет; но и цельная руководящая идея для борьбы с режимом на этом уровне остаётся пока не воспринята

Председатель Исполкома
Съезда граждан СССР,
кандидат филос. наук
Т.Хабарова

Выступление
на Собрании сообщества
«Дети СССР»

Москва, Нагатино, 10 апреля 2021г.

Уважаемые товарищи,
сегодня у нас много можно слышать разговоров на тему, что,− дескать,− обстановка сильно изменилась, сложилась какая-то чуть ли не совершенно новая обстановка, и нам нужно разбираться, как в этой новой обстановке действовать.

Но, товарищи, всякую обстановку следует оценивать, прежде всего, по её так называемым реперным точкам, по её глубинному, стратегическому вектору, а не по тому, что бурлит на поверхности.

И вот, в глубине-то стратегической что, собственно, изменилось?

Да, вносит какую-то новую ноту глобальное, можно было бы сказать, помешательство по борьбе с коронавирусом. Но оно ведь стратегических ориентиров окружающей нас обстановки никоим образом не меняет.

Многие считают всю эту пандемию просто политтехнологическим приёмом, направленным на снижение накала протестной активности масс. Не исключено, что так оно и есть.

Итак, что касается оценок обстановки, то мы в очередной раз подробно их изложили в связи с недавним празднованием 30-летия Всесоюзного референдума 17 марта 1991 года.

Изложили – и в каких-то очень важных, вот именно реперных пунктах получили согласие и поддержку авторитетных научных организаций: президиума РУСО (Российских учёных социалистической ориентации) и Петровской академии наук и искусств в Ленинграде (ПАНИ), нам довёл их мнение её вице-президент известный специалист и производственник Юзеф Ковальчук.

Между прочим, это наше давнишнее убеждение, что добиться столь вожделенного для нас и столь труднодостижимого единства здоровых сил в обществе можно лишь таким способом − через постепенное присоединение людей к тому, о чём вопиют факты, к чему на данном этапе ну просто нельзя уже не присоединиться.

Но не путём разных широковещательных якобы объединительных мероприятий, которые, как правило, кончаются ничем.

И вот, с чем же на данном этапе оказывается почти невозможным не согласиться?

Во-первых, с тем, что Россия/СССР находится в состоянии войны нового типа – информационно-психологической, которую ведут против нас США и фашиствующая Европа и в результате поражения в которой мы попали под оккупацию геополитическим противником, или, что то же самое, под его внешнее управление.

Во-вторых, что инструментами этого внешнего управления служат так называемая программа «Перехода к рынку» (американский Гарвардский проект), по которой нас упорно заставляют жить с 1990 года и по которой творятся все претерпеваемые нами безобразия, и ельцино-гайдаровские соглашения с Международным валютным фондом от 1 июня 1992г. (пресловутое «Письмо о намерениях»). Оба эти документа юридически ничтожны, ибо навязаны стране обманом или прямым политическим бандитизмом, по советским законам они являются особо опасными государственными преступлениями.

И в-третьих, СССР продолжает существовать де-юре.

Спорным остаётся вопрос, как вести себя с оккупационным режимом.

С одной стороны, он последнее время проповедует импортозамещение и развитие отечественного производства, старательно мимикрирует под борца с «иностранными агентами». С другой – сам является среди таких «агентов» наиглавнейшим и едва ли не опаснейшим.

Иллюзий, якобы режим может быть нам союзником в борьбе за воссоздание СССР, мы не разделяем и способствовать их укоренению не намереваемся. Но вместе с тем хорошо видим, что возможностей для силового противоборства с ним у нас в данный момент нет, и что мы не вправе призывать народ к новой гражданской войне, какие бы формы она ни приняла.

В принципе наша стратегическая установка по отношению к режиму не изменилась – это ПРИНУЖДЕНИЕ К САМОЛИКВИДАЦИИ, начинать которое нужно не сверху, а снизу, с местных прорежимных управленческих структур.

Под давлением разрастающейся сети или системы Советов местные прорежимные структуры поэтапно передают им властные полномочия и ресурсы,− или же сами целиком, «со всеми потрохами» переходят на позиции народа. И в таком духе вплоть до верхних эшелонов власти.

Сейчас много можно слышать, якобы то здесь, то там восстановили законные «органы Советской власти», только реального-то ничего не видно. А не видно потому, что никакой власти без полномочий и ресурсов не бывает, поэтому и мы в нашей схеме делаем упор на отъём пусть небольших, но реальных полномочий, пусть небольших, но вполне осязаемых ресурсов, а не на крик о восстановлении власти.

Когда у трудящихся вместо «журавля в небе» окажется какая-то «синица в руках», это укрепит их уверенность в себе и подтолкнёт добиваться большего, тогда как пустопорожние вопли о «восстановлении власти», которой реально ни видать, лишь расхолаживает и подтверждает обывательские пересуды, что-де коммунисты только говорят о власти трудящихся, реально же для трудящихся сделать ничего или не могут, или не хотят.

Суммируя,

  • мы безусловно приветствовали бы, если бы сегодняшнее наше собрание присоединилось,− в той форме, какую оно сочло бы для себя наиболее подходящей,− к тем оценкам ситуации по России/СССР, которые были нами здесь озвучены, как практически уже вошедшие в разряд неоспоримых.

Это, повторюсь,

  • состояние страны как поражение в войне, оккупация и внешнее управление;
  • программа «Перехода к рынку» и соглашение с МВФ от 1992г. как инструменты оккупации и внешнего управления;
  • и наконец, подтверждение существования СССР де-юре.

Сладить с любой бедой можно, если ей дано правильное название и поставлен адекватный диагноз.

Диагноз нашей национальной беды – это поражение в войне, оккупация и внешнее управление; его можно дополнять, шлифовать и т.д., но стратегически он должен быть единственным для всех. Иначе враг преспокойно осуществит все свои Гарвардские и прочие проекты, и останется от нас, на планете, в историческом плане, мокрое место.

Именно так получится, если каждый будет давать беде новое название и придумывать новый диагноз.

В состав уже перечисленных нами неоспоримостей хорошо было бы включить и тезис о том, что восстановление СССР и Советской власти должно идти снизу вверх, но не сверху вниз.

Да вы посмотрите только свежим взглядом на эти наши десятки Верховных Советов и ЦК КПСС, сотни якобы функционирующих министерств, ведомств, госкомитетов, облисполкомов, горисполкомов и т.д. Вот где настоящая-то пандемия – повальная шизофрения. Ведь это всё фейки, сплошной виртуал, не существует никаких признаков их реального бытия и их реальной деятельности. При таком сумасшедшем доме, сможет ли идти речь о действительном освобождении страны?

С этим необходимо что-то делать, и избавление от этого зла – это только единомыслие хотя бы основных участников процесса в основных понятиях и определениях, этот процесс описывающих.

Всякое единение в борьбе рождается только из единомыслия. Не будет чёткой идейной платформы – на успех в борьбе не рассчитывайте.

И такая платформа есть – это идеология современного советского патриотизма, разработанная Съездом граждан СССР.

И не надо мне говорить,− мы, мол, не знаем, что это за идеология. Прекрасно знаете, ибо во всём ЗаСССРном движении трудновато будет найти участника, который бы не пользовался надёрганными из этой нашей наработки тезисами, формулировками, положениями. А некоторые, вроде пресловутого НОДа, так это попросту плагиаторы нашего труда.

Раздёргивание это нужно прекратить, оно во вред делу, а не на пользу, и взять концепцию на вооружение в её цельном, аутентичном виде, как она доложена, скажем, в нашем документе 2001 года – КПРФ должна стать партией советского патриотизма. Документ был в 2019г. подтверждён Съездом граждан СССР пятого созыва, в форме Постановления под тем же названием, принятого единогласно. Сказанное также относится не только к КПРФ, но ко всему левому движению. И нынешнему уважаемому собранию я также адресую это предложение.


Короткая ссылка на этот материал: будет добавлена позже.
Этот материал на cccp-kpss.narod.ru