Заявление Оргкомитета Большевистской платформы в КПСС

ЗАСЛУШАВ сообщение члена Совета СКП–КПСС, секретаря-координатора Большевистской платформы в КПСС Т.М.Хабаровой о работе мартовского (1995г.) Пленума Совета СКП–КПСС и ходе подготовки к ХХХ съезду СКП–КПСС, Оргкомитет Большевистской платформы в КПСС заявляет следующее.

 

ИТОГИ деятельности руководства СКП–КПСС за период после ХХIХ съезда КПСС в главном и основном выглядят достаточно странно. Совершенно определённо можно сказать, что воссоздание Коммунистической партии Советского Союза на сей день не состоялось. Причём, этот результат получился не как ошибка или сбой, но он, по сути, целенаправленно преследовался с самого начала.

Инициаторы восстановления КПСС, к числу которых бесспорно принадлежит Большевистская платформа, имели в виду вернуть на политическую арену партию, которая олицетворяла бы собой насильственно порушенное единство Советской социалистической государственности и советского народа как новой исторической общности людей, и в этом качестве могла бы возглавить освободительную борьбу против фактической оккупации и колонизации страны транснациональным капиталом. Естественно, это должна быть по своей структуре унитарная партия (каковой она всегда и являлась), которую не разделяли бы перегородки неконституционно образовавшихся на территории СССР государств. Утверждения о том, что в сложившихся условиях это трудно осуществить, не могут служить оправданием отказа от выполнения задачи и скатывания на заведомо тупиковые обходные пути. К тому же, имеется факт и опыт почти четырёхлетнего благополучного существования в тех же самых условиях унитарной ВКПБ.

Однако, вместо единой демократически-централистской КПСС возникло конфедеративное объединение партий и групп республиканского уровня, со своими уставами и программами, – т.е., нечто такое, чем КПСС не являлась никогда, ибо этот вариант во все времена справедливо считался для неё гибельным, – от Восьмого съезда до Двадцать восьмого. Нынешнее руководство СКП–КПСС всячески ратует за «единые коммунистические партии государств, образовавшихся на территории СССР». Но проблема состоит не в единстве республиканских компартий самих по себе, а в том, чтобы воскресить в создавшейся ситуации структуру, которая воплощала бы ЕДИНСТВО СОВЕТСКОГО СОЮЗА как такового и служила бы исходным формообразующим остовом для его возрождения.

Ставка же на «единые республиканские компартии» фактически означает создание целой системы ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ образованию такой структуры, последовательное и методичное УНИЧТОЖЕНИЕ любых её зачатков по республикам, в том числе и прежде всего по России. Соответственно, главным «врагом» руководства СКП–КПСС в обозреваемый период, объектом дискриминации и гонений стали, как это ни удивительно, сохранившиеся, а также вновь возникающие парторганизации КПСС; хотя, – казалось бы, – кому, как не Политисполкому СКП–КПСС, следовало бы поддерживать, стимулировать и приумножать такие ростки, делать их своей непосредственной опорой.

В результате, за два года подобного «восстановительного процесса» произошёл своего рода повторный запрет Коммунистической партии Советского Союза, на сей раз руками самих «восстановителей». Именно её организации лишены в СКП–КПСС права голоса и какого-либо разумного представительства, всякой перспективы развития, возможности делегирования на съезд. Иначе, как верх цинизма и бесстыдства, нельзя расценивать содержащуюся в постановлении «О подготовке к ХХХ съезду СКП–КПСС» рекомендацию коммунистам – членам КПСС на территории Российской Федерации «вставать на партийный учёт в уже действующие/!/ коммунистические партии России – полноправные члены СКП–КПСС (КПРФ, РКРП, СК)». Выносимый на ХХХ съезд проект Устава СКП–КПСС окончательно ликвидирует индивидуальное членство в КПСС, подменяет начатую в своё время Оргкомитетом ЦК КПСС перерегистрацию членов КПСС «перерегистрацией в коммунистических партиях в составе СКП–КПСС»/?!/, т.е. практически пополнением рядов новообразованных партий и партиек за счёт членской базы КПСС. B партиях, входящих в СКП–КПСС, предлагается запретить не только фракции, но и платформы. Этот пункт направлен адресно против Большевистской платформы в КПСС, – поскольку никаких других внутрипартийных платформ в настоящий момент на нашей политической арене не имеется,

 

КОНЕЧНО, за это время возник СКП. Но партии, которая необходима для освобождения и восстановления СССР, НЕ возникло, причём к этому – чтобы её не было – упорно и систематично прилагались все усилия. Задачу воссоздания такой партии нельзя путать с задачей объединения абсолютно всех коммунистов, что на сегодняшний день, когда многопартийность допускается действующим законодательством, попросту нереально. Важно не формальное объединение, а его принцип, диктуемый целью, ради которой оно совершается. Но принцип, который положен в основу СКП, прямо противостоит тому, носительницей которого выступала и призвана выступать КПСС. СССР держался на интернациональной классовой солидарности трудящихся, которая объединяла их в новую историческую общность – советский народ. Политическим концентрированным выражением этого и служила КПСС. Социалистическая реинтеграция насильственно расчленённого Советского Союза может произойти только при возрождении, в первую очередь, этого связующего начала.

Схема же построения СКП и выдвигаемая его теоретиками Программа выражают собой идею вовсе не советской и не социалистической, а типично БУРЖУАЗНОЙ реинтеграции будущего союзного государства, – если вообще допустить, что таковая когда-либо совершится. Так, предлагается: «образование экономического союза, единых структур обороны государств, объединений в области науки и культуры, совместных финансово-промышленных групп» и т.п., – т.е., чисто буржуазные интеграционные механизмы, которые должны быть задействованы, очевидно, нынешними антинародными режимами. Утверждать, будто в результате всего этого в государствах произойдёт «восстановление мирными средствами власти трудящихся», – это попросту сознательный обман масс, словоблудие из области горбачёвского «больше демократии, больше социализма».

Под эту схему буржуазной межгосударственной интеграции упорно, жёстко, последовательно подгоняется на протяжении уже двух лет структура межпартийного объединения коммунистов. Инициатива здоровых сил в партии, едва не вырвавшаяся где-то в начале 1992г. из-под контроля оппортунистических и коллаборационистских элементов, вновь накрыта мощным имитационным «колпаком». «Колпак» этот внешне выглядит весьма внушительно. Но то же самое можно было сказать и о многомиллионной доавгустовской КПСС; однако, сдача ею ряда принципиально важных идейных и структурных позиций обратила эту внешнюю мощь в ничто и даже в отрицательную величину.

Почувствовав, что шенинская псевдо-КПСС ничем им не грозит, но наоборот, под демагогическую болтовню о «единой партии» и «едином партбилете» откровенно способствует «стабилизации» нынешней коммунистической многопартийности, в СКП потянулись лидеры Роскомсоюза – недавние ярые борцы с «горбачёвскими партократами-перевёртышами». Причём, пришли не тогда, когда теплилась пусть слабая надежда на воскрешение если не большевистской, то хотя бы нормально левой партии, – а когда бывшие члены Политбюро и ответработники разных рангов прочно захватили в СКП ключевые позиции, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Большевистская платформа, кстати, ещё в Оргкомитете ЦК КПСС неизменно выступала за привлечение к его деятельности всех новообразованных партий, вплоть до «группы Скворцова», но мы имели в виду, что товарищи будут действительно работать на общую, вроде бы, цель, – а не дожидаться, когда КПСС окажется предана в очередной раз, чтобы придти посмотреть, чем тут можно поживиться.

 

ПРОЦЕСС, идущий в рамках и под эгидой СКП–КПСС, достаточно инерционен, он будет ещё некоторое время продолжаться. Ждать от него действительного восстановления СССР и всего прочего, что с этим связано, бессмысленно, ибо он просто внутренне не на это ориентирован. Рядовые участники процесса могут думать иначе, но ведь и среди рядовых участников «перестройки» подавляющее большинство не хотели ликвидации Советской власти и не верили, что дело движется именно к этому.

С задачей большевизации коммунистического движения в стране, поставленной при учреждении Большевистской платформы в КПСС в Минске в июле 1991г., наличные большевистские силы пока не справляются, из-за их разрозненности, «имитационной блокады» и по другим причинам. Возможность работы в рамках СКП–КПСС после XXX съезда будет сведена на-нет запретом на платформы. Да и кроме того, состоять в партийном объединении, которое собирается записать в своей Программе, будто «перестройка первые четыре года шла на подъём» и т.п., мы считаем для себя не то что неприемлемым, но и попросту компрометирующим.

В сложившейся ситуации Оргкомитет Большевистской платформы в КПСС полагает, что в интересах дела Платформа должна продолжать самым фактом своего существования фиксировать, – идейно и организационно, – правильный подход к решению вопроса о воссоздании на территории СССР подлинно коммунистических партийных структур современного типа, руководствующихся соответствующей системой взглядов. Долг каждого, кто уверен в своей правоте, – открыто высказать эту свою убеждённость и твёрдо её отстаивать, не оглядываясь на то, где в данный момент численный перевес.

Весь ход событий показывает, что СКП–КПСС не является формой возвращения на политическую арену обновлённой и революционизированной Коммунистической партии Советского Союза. В данной связи Оргкомитет Большевистской платформы в КПСС заявляет, что любые решения руководящих органов СКП–КПСС распространяются только на партии, входящие в это объединение, и за его рамками не имеют силы ни для членов КПСС персонально, ни для созданных и создаваемых ими (помимо СКП–КПСС) партийных организаций.

На ближайший период Оргкомитет рекомендует сторонникам Платформы – членам КПСС сохранять и укреплять реально действующие первичные и иные организации КПСС, используя в качестве программных материалов документ «Большевистская платформа в КПСС», Программное заявление Большевистской платформы в КПСС к ХХ конференции и ХХIХ съезду КПСС, документы Расширенного пленума Оргкомитета БП в КПСС 24 июля 1993г. («Светоч» №19), Расширенного заседания Оргкомитета БП в КПСС 7 сентября 1994г. (Информбюллетень МЦ БП в КПСС №28).

Что касается уставных принципов, то сохраняется в силе предложение, содержащееся в заявлении Оргкомитета БП в КПСС «О действующих организациях КПСС» от 30 сентября 1993г.: «Деятельность организаций КПСС, в части приёма в КПСС новых членов, уплаты партвзносов, строения низовых организационных звеньев и т.п. определяется, вплоть до ХХХ съезда КПСС, Уставом КПСС, принятым на XXVIII съезде КПСС». Это предложение подтверждено и резолюцией Московской межрайонной организации КПСС «О членстве в КПСС» от 9 февраля 1994г.

Как известно, весной – летом 1994г. Оргкомитетом БП в КПСС был подготовлен и разослан на места проект Устава Реально действующих организаций КПСС (РДО КПСС). Организациям на местах мы рекомендовали (в случае, если проект не встретит у них существенных возражений) принять его условно для апробации на практике на срок примерно до года, а затем окончательно решить его судьбу с учётом выявившихся как недостатков, так и положительных моментов. Этот подход показал себя достаточно конструктивным и остаётся в действии, по меньшей мере, до ХХХ съезда СКП–КПСС.

 

В ЗАКЛЮЧЕНИЕ нельзя не упомянуть о систематических нарушениях нынешним руководством СКП–КПСС норм внутрипартийной демократии. Политисполком СКП–КПСС и лично О.С.Шенин не считают нужным реагировать на направляемые в их адрес письма, запросы, различные материалы и т.д. Принимаемые решения исполняются или не исполняются в зависимости от каких-то малопонятных привходящих соображений. Например, кто и когда расформировал идеологическую комиссию СКП–КПСС, которую первоначально составляли А.А.Пригарин, С.Ф.Черняховский, Т.М.Хабарова? На декабрьском (1994г.) Пленуме Совета СКП–КПСС было принято решение образовать комиссию по внесению изменений в Программу СКП–КПСС, ввести туда представителя Большевистской платформы. Но соответствующего приглашения со стороны Политисполкома мы так и не дождались, хотя своевременно подали требовавшуюся от нас докладную записку. Излишне говорить, что в проекте изменений, с которым выступил на мартовском Пленуме Е.К.Лигачёв, нет даже и тени учёта наших замечаний.

На мартовском (1995г.) Пленуме Совета СКП–КПСС Оргкомитет Большевистской платформы внёс в редакционную комиссию инициативный проект постановления «О советском народе, или гражданах СССР». Однако, председатель редакционной комиссии Е.И.Копышев не только не огласил проект, но и не поставил в известность участников Пленума о самом факте его подачи, а представитель Большевистской платформы вообще не получил слова в прениях. Что, – это маловажный вопрос для СКП–КПСС, способы возможной консолидации и гражданской активизации советского народа в его борьбе за освобождение своей страны?

И после этого говорят, будто партию погубило наличие в ней платформ. Партию погубили не платформы, а упорно насаждавшаяся однозначность и некритикуемость «руководящей» точки зрения, келейный характер её формирования, а также чиновная спесь, при которой считалось, что пусть лучше произойдёт та или иная катастрофа в натуре, чем предоставить слово в дискуссии оппонентам. Но совершенно те же опаснейшие по своим неизбежным последствиям явления пышным цветом расцвели сегодня в СКП–КПСС. Тем коммунистам, которым СКП–КПСС представляется приемлемой формой работы в современных условиях, необходимо отрешиться от традиционного благодушия и обратить на эту сторону дела самое серьёзное внимание.

Москва, 12 апреля 1995г.

Верно: секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС
 
/Т.Хабарова/
 

Короткая ссылка на этот материал: http://cccp-kpss.su/288
Этот материал на cccp-kpss.narod.ru