Разъяснение по некоторым вопросам сегодняшнего членства в КПСС

Секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС,
канд. филос. наук
Т.Хабарова

Большевистская платформа в КПСС была образована, в первом полугодии 1991 года, как канал проникновения в КПСС «беспартийных большевиков» – людей, искренне преданных идеям сохранения в стране Советской власти, Союзной государственности, советского конституционного правопорядка и ленинско-сталинской коммунистической партийности. Причём, «преданных» не просто на словах, но доказавших эту свою преданность своей предыдущей деятельностью в рамках различных общественных организаций или, может быть, даже в одиночку.

Основной контингент сторонников образования БП в КПСС как раз такие «беспартийные большевики» и составляли – люди, отторгавшиеся тогдашней горбачёвской и «андроповской» КПСС, но истинные коммунисты по своим убеждениям.

Авторы проекта рассчитывали, что приток свежих сил в КПСС, засорённую и обездвиженную правотроцкистами, устранение с партийно-государственных постов Горбачёва и его своры – всё это поможет вывести партию, а вместе с ней и Советское государство из рукотворного контрреволюционного кризиса.

Сегодня можно, конечно, говорить, – слишком поздно, дескать, спохватились; но лучше поздно, чем никогда, и такая попытка была предпринята.

Документы Учредительной конференции Платформы в Минске от 13–14 июля 1991г. были представлены в ЦК КПСС, и оттуда ни возражений, ни запрета на образование БП в КПСС не последовало.

Итак, в партию на законных основаниях внедрилась структура, состоящая в значительной своей части из беспартийных.

Согласившись, – скрепя сердце, – с этим парадоксом, тогдашние партийные бонзы стали требовать от членов БП в КПСС, чтобы они «вступили в партию» обычным для того времени порядком: где-нибудь «на стороне», в каком-то трудовом коллективе и т.д. А иначе, – мол, – мы ваше пребывание тут у нас, в наших партийных рядах, считать правомочным не можем.

На это руководством Платформы был дан единственно правильный в той ситуации ответ: нет уж, мы вступили так, как вступили. Страна вами доведена, фактически, до прямой угрозы контрреволюционного переворота, и коль скоро вы до этого допустили, то и будьте добры мириться с тем, что в партию пришли честные советские люди «с улицы», закрепились здесь на законных правах и твёрдо намерены помешать вам дальше крушить в СССР социалистический общественный строй.

В экстремальных условиях рождаются неординарные решения, и было постановлено, руководителями Платформы, что отныне правом приёма в КПСС должны обладать, кроме всех прочих, также и сами по себе первичные ячейки Большевистской платформы: Оргбюро, как они тогда назвались. А вы вспомните «ленинский призыв» в партию 1924 года, когда беспартийные рабочие, потрясённые известием о смерти Вождя, целыми цехами, бригадами объявляли на собраниях о своём вступлении в РКП(б), – и ведь никто не оспаривал их священного права на такое «неуставное» волеизъявление. И на фронтах Великой Отечественной войны люди, уходившие подчас на верную гибель, нередко писали: прошу считать меня коммунистом. И им тоже в этом их праве не отказывали, ни прижизненно, ни посмертно.

 

Инициатива наша с приёмом в члены КПСС через первички Большевистской платформы не смогла в то время быть в должной мере осуществлена, по ряду причин, в общем-то достаточно известных, но здесь нет возможности о них распространяться. Это и провокация с ГКЧП, – которую, несомненно, подстегнула перспектива «воскресения» заново большевизированной КПСС; и то, что в сентябре 1991г. от Платформы скоропалительно и на первый взгляд необъяснимо «отреклась» тогдашний номинальный её лидер Н.Андреева, – чем обрекла Платформу на раскол, и т.д.

Часть Платформы (меньшая её часть) не пошла за Андреевой в организованную ею ВКПБ, осталась верна идеям Минской конференции, сохранила за собой название «Большевистская платформа в КПСС» и начала действовать самостоятельно.

В январе 1992г. Платформа инициировала процесс воссоздания КПСС (сегодня об этом надо говорить без всяких обиняков, ибо так оно и было на самом деле).

Хотя Платформа и сама участвовала в процессе, и весьма активно, но переломить натиск и перехват процесса бывшей горбачёвской номенклатурой ей не удалось, – ввиду их подавляющего численного превосходства. Процесс завершился в марте 1993г. образованием псевдокоммунистического симулякра СКП–КПСС. Единая Компартия советского Союза на том этапе не была воссоздана.

В 1995г. Съезд граждан СССР, – инициированный также Большевистской платформой, – принял, среди прочих, Постановление О восстановлении советского конституционного порядка в сфере коммунистической партийности, в котором коммунистам, считающим себя гражданами СССР, предлагалось провести Восстановительный съезд КПСС.

Но и эта здравая и своевременная инициатива оказалась «осёдлана» целой оравой имитаторов, – хотя и более мелкого калибра, чем те, что сотворили антиконституционную аферу с подменой общесоюзной унитарной партии бездельным «международным объединением» СКП–КПСС. Прошла череда лжевосстановительных «съездов» (около десятка) и возник на политической арене соответствующий кагал псевдо-КПСС, со свежеиспечёнными впопыхах малограмотными «программами», самым фактом своего «явления народу» только позоривший идею и память великой ленинско-сталинской Парии большевиков.

И какой же вывод мы должны были из всего происшедшего сделать?

Со всей очевидностью, вывод здесь мог быть только такой, что если мы хотим вернуть на политическую сцену партию по-настоящему большевистскую, и в смысле исторического, хронологического приоритета, и в смысле мощного идейно-теоретического фундамента, то надо уяснить себе, наконец, что в наших нынешних условиях бушующей психоинформационной войны и транснациональной оккупации ни одна из реально наличествующих организаций, кроме Большевистской платформы, в нужной мере – да и вообще ни в какой мере! – данными качествами не располагает.

И стало быть, или эта требуемая партия возродится, выстроится из нас же самих – приверженцев большевизма, как он дан в документах Большевистской платформы, – или мы так и будем, сами того не желая, плодить одну серию имитаторов за другой.

В переводе на язык практических действий.

Из опыта нашей Московской организации Движения граждан СССР 90-х годов.

Совета у нас тогда ещё не было (вернее, он находился в эмбриональном состоянии). Роль Совета выполнял весь наш вместе взятый актив (можно было бы писать – Актив, с заглавной буквы), большинство в котором составляли беспартийные. Было несколько человек с советским партийным стажем, но не они образовывали костяк организации, а как раз беспартийные активисты.

Вот их и надо было принять в партию; легко сказать – надо, но как это сделать? Ведь той партии, куда мы могли рассчитывать вернуться как Платформа, с 1993г. уже не существовало.

И тут-то мы и обратились к принципу САМИ СЕБЕ ПАРТИЯ, – нещупаному в период становления Большевистской платформы.

Созываем весь Актив без изъятия и объявляем, что конституируемся как открытое партийное собрание. В ту пору спайка между ДГ СССР и БП в КПСС была гораздо более плотной, чем она, – к сожалению, – стала впоследствии. Т.е., никому из участников Движения и в голову бы не пришло сомневаться, что одновременно он является сторонником Большевистской платформы в КПСС.

А значит, наше открытое партийное собрание с полным основанием могло сойти за ту самую первичку БП в КПСС, для которых мы в 1991 году добивались (и совершенно справедливо добивались!) того же права приёма в партию новых членов, что и первички официальной КПСС. А чем они, «официальные», лучше нас, если они страну разваливали, мы же стремились в партию, чтобы этот развал прекратить и предотвратить?

Собственно, ну вот она и «вся поэма». Наше открытое партийное собрание плавно (и подчеркну лишний раз – в общем-то вполне законно) брало на себя функции обычного собрания КПССной первичной парторганизации. И дальше всё разворачивалось своим чередом: представление кандидатур, обсуждение, голосование всех присутствующих, решение – принять кандидатом в члены КПСС или даже напрямик в КПСС, если речь шла о товарище, уже предостаточно себя в работе зарекомендовавшем.

Таким способом мы приняли в партию незабвенного для нас В.С.Лебедева, долгое время безотказно тянувшего на себе основной «воз» организационной работы в нашем сообществе, и других соратников, в которых также не ошиблись.

Что касается партбилетов, то они у наших партийных «новобранцев» были настоящие, образца 1974г., – ибо мне, в мою бытность членом Оргкомитета XXIX съезда КПСС, удалось заручиться небольшим количеством официальных бланков.

Вышеописанную процедуру можно провести также и на любом форуме Большевистской платформы – конференции, пленуме Координационного совета и т.п., ибо такое мероприятие в принципе допускает его конституирование в качестве «открытого партийного собрания».

 

И теперь главный для нас вопрос: насколько вышеописанная методология применима в сегодняшней нашей обстановке?

Сразу бросается в глаза, что, – к примеру, – многолюдный и устойчиво работающий Совет вполне мог бы взять на себя роль той самой первичной ячейки Большевистской платформы, которая нужна для проведения «открытого партийного собрания». Для этого надо в полном объёме восстановить упоминавшуюся выше, – частично нами утерянную, – спайку между Движением граждан СССР и Большевистской платформой.

Об этом говорилось и в моём Вступительном слове при открытии Съезда 9 июня: «…именно Большевистская платформа инициировала в начале 90-х годов созыв и проведение такого ещё небывалого в истории страны форума, как Съезд граждан СССР, и подготовила для него великолепный учредительный документ – ту самую нашу Декларацию о единстве Советского народа.

Наш Съезд и всё, что с ним связано, всё это вызвала к жизни пусть микроскопическая, но по-ленински, по-сталински стойкая частица прежней Коммунистической партии Советского Союза. Частица, которая в самый разгар и разгул горбачёвщины, в 91-м году сохранила верность Советской власти, Советской Конституции, принципам и идеалам социализма и коммунизма.

…вы где прочитали, что все вы – граждане СССР, что СССР де-юре существует, Конституция СССР 1977 года де-юре действует, Беловежский сговор – уголовное преступление и т.д.? Вы это прочитали в документе, составленном пусть крошечной, – повторяю, – но вполне законной и неотъемлемой частью Коммунистической партии Советского Союза».

Совет, проникшийся вот таким отношением к Большевистской платформе, без всяких натяжек может считаться состоящим не просто из участников Движения граждан СССР, но и из сторонников БП в КПСС, и он вправе некоторые из своих сборов конституировать как «открытые партийные собрания» и принимать людей в партию.

Наблюдательный оппонент мне наверняка на это возразит: а где та партия, куда вы их принимать намереваетесь? Ведь её же не существует.

Не существует, так мы же именно и хотим вернуть её к полномасштабному существованию. И потом, насчёт «не существует», это вопрос вообще спорный. БП в своём Программном заявлении 2001 года провозгласила принцип НЕУНИЧТОЖИМОСТИ партии, покуда существует коммунистическая идея. Ни один из образуемых ею органов не правомочен её распустить. «Если хотя бы трое коммунистов (первичка) не пожелают разойтись, партия считается продолжающей свою деятельность.

Любая часть входивших в объединение первичек, продолжившая существование в экстремальных обстоятельствах, обладает правом говорить и действовать от имени партии как таковой».

Стало быть, и сама Большевистская платформа, при всей её нынешней «микроскопичности», также таким правом обладает.

Так что вступить можно и в партию-идею, и в партию-проект, только ещё борющийся за своё полномасштабное возвращение в политическую жизнь.

Сегодня всем следовало бы хорошо осмыслить и ту, в общем-то, историческую очевидность, что «второе пришествие» КПСС не может совершиться – и, думаем, стопроцентно НЕ совершится – традиционным путём, через созыв партийного съезда, избрание на нём ЦК, секретариата, Генерального секретаря и т.д. Доказательством служит, – к сожалению, – и эпопея с нами же предлагавшимся Восстановительным съездом КПСС, которая привела лишь к появлению доброй дюжины партий-симулякров и соответствующего количества «генеральных секретарей» и «центральных комитетов», от коих толку народу и стране – ноль (и спасибо ещё, если в минус не ушло).

Видимо, мы недоучли тот факт, что идеологическую часть требуемой работы взял на себя и успешно проделал Съезд граждан СССР, и «поле деятельности» оставалось лишь для симулякров, – которые и не замедлили возникнуть.

И таким образом, опыт продемонстрировал, что в наших нынешних политических координатах возрождение партии возможно, – вернее всего, – лишь по той же схеме, что и восстановление Советской власти, – явочным порядком СНИЗУ. Т.е., как по советской линии должна быть наращена «обволакивающая» сеть местных Советов, точно так же и партия (в облике института, а не только «мозгового центра») должна восстать из руин как ОБЪЕДИНЕНИЕ ПЕРВИЧЕК, опять-таки «обволакивающее» всю страну.

Кстати, мы этот вариант предусмотрели и ещё в 1994г. выпустили набросок Устава для партии как объединения первичек.

 

Итак, вырисовывается – пока что – следующая картина.

Товарищи подают заявления о своём желании вступить в КПСС, – не пугайтесь и не терзайтесь сомнениями, – да, в свой Совет (если, конечно, он по своим параметрам, по численности и репутации, подходит для проведения открытого партийного собрания; над тем, как быть с малолюдными ячейками, надо дальше думать).

К заявлению о приёме в КПСС необходимо приложить подробную автобиографию и рекомендацию от кого-то, кто знает вас по общественной работе и имеет что-либо толковое сказать в вашу поддержку. В копиях все эти документы направляются в Московский центр БП в КПСС, ибо ему ведь, с очевидностью, придётся осуществлять координирующие функции, поскольку больше некому.

Проходит открытое партийное собрание, и товарищей принимают кандидатами в члены КПСС.

Годичный кандидатский стаж новопринятых коммунистов протекает, – естественно, – тут же, в Совете, и они занимаются тем же, чем и Совет в целом, сохраняя свои полномочия по Совету, если таковые у них имелись. С той лишь разницей, что они стараются исполнять эти свои обязанности наиболее ревностно и служить прочим соратникам примером, образцом для подражания.

Если кто-то засомневается, – что, мол, у партии ведь и своя Программа должна быть, то я вам отвечу: прочитайте внимательно Программное заявление Большевистской платформы 2001 года, и вы убедитесь, что действуя подобным образом, – как выше обозначено, – вы как раз и проводите в жизнь самую что ни на есть большевистскую партийную Программу.

Разве в Заявлении (в разделе Взгляд в будущее) не сказано:

  • «…историческая обязанность освободить страну и вернуть её в русло цивилизованного, т.е. социалистического развития, восстановив повсюду на её территории законную власть и государственность, лежит на Советском народе как совокупности граждан СССР;
  • Советский народ должен быть выведен из шока и граждански бессознательного состояния, причинённого информационно-психологической войной, заново консолидирован и именно как Народ подвигнут на освободительную борьбу с оккупантами и их пособниками;
  • метод освободительной борьбы Советского народа, в его принципиальных чертах, это организация массового гражданского неповиновения режиму, воссоздание явочным порядком снизу любых легитимных структур советского конституционного строя, принуждение режима к самоликвидации или политическое “удушение” его в вакууме, который возникнет для него благодаря перетеканию реального гражданского авторитета к инициативным властным структурам».

«Понятно, что при таком подходе мы в качестве главного направления массовой политической работы видим создание Советов граждан СССР и стимулирование других форм объединения людей именно как советских граждан».

Ну, и разве не этим озадачены (в современном смысле этого слова) и поглощены в своей деятельности наши Советы, – во всяком случае, лучшие из них?

Так что с Программой всё, вроде, ясно. Работая в Советах, коммунисты не отклоняются от некоей «своей собственной» Программы, но именно её-то и реализуют. Нет у Советской власти и большевистской партии каких-то двух Программ, у них Программа одна и та же.

Как выразился поэт некогда, «Себе самим мы Сфинкс единый оба, единых тайн двугласные уста».[1]

 

И последнее возражение, которого стоило бы здесь коснуться: это что же такое у вас получается, всё шиворот-навыворот, – Советы принимают в партию, где это видано, где это слыхано?..

Но ничего невиданного и неслыханного в наших предложениях не содержится.

Вот и товарищ Сталин учит, что сначала рождается Идея, которая отражает назревшие потребности общественного развития. Идея пробивает, уж как умеет, себе пути в массовое сознание. Но потом часть массы, которая осознала и восприняла продиктованную объективным ходом событий Идею, сама помогает ей осуществиться и проявить во всю ширь заложенные в ней перспективы.

Но не что иное мы имеем и в нашей ситуации.

Большевики расшевелили Советский народ, – по крайней мере какую-то его часть точно расшевелили. На следующем этапе уже эта разбуженная часть народа должна помочь большевистской Идее вернуть её законное место в структуре общества – её институционального носителя, Партию.

Все эти процессы нерасторжимо между собой переплетены. Их практически невозможно отделить один от другого; в целом это и есть та самая СМЫЧКА между партией и массами, о которой классики бессчётно предупреждали, что если она окажется утрачена, то весь механизм коммунистического партийного руководства обществом – руководства на основе высокой Идеи, а не Прибыли и Наживы, – механизм этот развалится.

 

Словом, товарищи дорогие, на сегодняшний день у нас попросту нет иного выбора, кроме как попробовать воссоздать нашу «руководящую и направляющую силу», «ядро нашей политической системы» по схеме «партии объединённых первичек».

Съездами (имею в виду – партийными съездами) эту проблему не решить, Съезды нужны для выработки идеологии, стратегии, Программы, но ведь всё это у нас имеется, и едва ли не в избытке. Четверть века «за партию» исправно поработал Съезд граждан СССР, плюс конференции Большевистской платформы.

Вся загвоздка в том, чтобы этот гигантский ментальный задел перевоплотился в некое «физическое тело», в дееспособную массовую организацию. И для этого ему, заделу этому, надо, – наверное, – кроме господства на ментальных вершинах, расползтись «мыслию по древу» народной жизни, где-то «понизу». И как представляется, наша модель партии – сообщества или содружества первичек, формируемых непосредственно «беспартийными» массами, может оказаться самым пригодным орудием для такого «расползания».

Вот и станет КПСС, – как и провозглашалось когда-то, – партией Советского народа, – удачно подытожил суть происходящего один из соратников.

И действительно, миссию партийных съездов, в её идеологическом аспекте, уже переняли на себя Съезды граждан СССР, хотя и не без помощи Большевистской платформы; осталось вылепить «материальное тело» партии нашим методом «в партию через Советы».

Не исключено, впрочем, что вся эта «перевёрнутая», на поверхностный взгляд, конструкция – вовсе не случайность, не казус, вызванный чрезвычайными обстоятельствами, а через неё пробивает себе дорогу какой-то новый тип, новая разновидность идеократического государственного устройства. Уж очень она, эта конструкция, подозрительно «приживчивая». Да, всё это по-прежнему наше, советское, социалистическое и коммунистическое, но от прихода качественной исторической новизны никакой строй не застрахован, этого не нужно бояться и с этим незачем «бороться», ибо если мы на правильном пути, то всё, что ни придёт, всё будет «за нас».

Ну что ж, товарищи, – пробуем? Или как?

Т.Хабарова
11 апреля 2020г.


[1] (Вяч. Иванов.) Русский сонет. Изд-во «Московский рабочий», 1983, стр.312.


Короткая ссылка на этот материал: будет добавлена позже.
Этот материал на cccp-kpss.narod.ru